Словно солнце зашло за тучи — лицо снежного бога мгновенно похолодело, глаза снова заледенели, даже намека на улыбку не осталось на узких бледных губах.
— Зато они чаще проявляют инициативу, — холодно произнес Ланеж. — И работают от души.
Рэлико огорченно вздохнула, досадуя на весеннего божка. После слов Ланежа и этой неожиданно теплой улыбки она почти набралась смелости спросить, правда ли она его наликаэ… и по-прежнему ли цела та чудесная снежинка у нее на лбу. И сказать, что очень рада снова видеть его! И вот, поди ж ты, все испортил!
— По какому поводу сыр-бор? — недовольно сморщился Анихи, не собираясь сейчас спорить о методах воспитания духов.
И Ланеж бесстрастно сообщил:
— Я ее забираю.
Только теперь, когда напряжение и страх за Рэлико улеглись, он почувствовал, как после путешествия через Хаос и вселенскую пустоту у него отчаянно ноет все тело. После бешеной скачки на Северном Ветре отчаянно хотелось кашлять, и ноги, казалось, могли подкоситься в любой момент — даже божественная плоть не всегда выдерживала нагрузки, которым ее подвергали… Но Ланеж упрямо держался. Сначала — забрать Рэлико. Потом можно будет немного передохнуть.
Увлекшись своими мыслями, он не заметил странного выражения на лице Анихи — одновременно удивленного, желчного и расстроенного.
— Необходимость в защите и убежище уже отпала? — ядовито поинтересовался весенний божок. — Ты вроде собирался три дня отсутствовать?
— Зима избавила меня от части обязанностей, — невозмутимо сообщил Ланеж. — И я поспешил, в свою очередь, избавить тебя от бремени, которое возложил на твои плечи.
— И куда ты ее потащишь, если в ее землях неспокойно?
Спокойный взгляд белых глаз и невозмутимая ложь, которую благодаря ледяной внешности бога никто, кроме разве что Судии, не отличил бы от правды:
— Я решил познакомить ее с крайним севером.
От таких новостей опешил не только Анихи, но и сама Рэлико. Только недавно ведь говорил, что для нее там опасно!
Анихи скептически изогнул бровь.
— Разве ты не привел ее сюда именно потому, что боялся, что там она замерзнет, а здесь ей как уроженке срединных земель будет комфортнее?
— Я найду для нее подходящее убежище. Пусть посмотрит своими глазами на чудеса севера.
— Мы обычно не таскаем наликаэ по собственным чертогам, — с чуть заметной ноткой предупреждения напомнил Анихи.
— В свои чертоги я ее и не поведу.
Услышав это, Рэлико внезапно обиделась, почти до слез. Не доверяет, что ли?!
Ланеж покосился на нее, и что-то в его бесстрастных чертах изменилось, словно рябь по стылому озеру пробежала.
— Там слишком морозно. — Голос тоже чуть смягчился — совсем немного, но Рэлико заметила. — Даже для нее. На самый крайний север люди не забираются, Рэлико. Там, под сенью моих чертогов, им попросту не выжить.
Обида неохотно разжала цепкие пальчики и, пожав плечами, растворилась в приятном ощущении, что снежный бог таким образом заботится о ней, Рэлико!
Анихи наконец пожал плечами, исчерпав возражения. По какой-то только одному Ланежу ведомой причине снежный бог хотел забрать ее отсюда, и удерживать у себя силой чужую наликаэ будет, мягко говоря, некрасиво и неправильно. Придется уступить… хотя ему как раз почему-то хотелось, чтобы эта милая рыжая девочка погостила здесь подольше.
— Как скажешь.
— Я благодарен тебе за то, что приютил ее, — серьезно произнес Ланеж.
— Не стоит, — отмахнулся Анихи. — Зайдешь?
Снежный бог кивнул и переступил порог, а затем повернулся к девушке:
— Собирайся, Рэлико. Гляди, не забудь ничего.
Анихи вдруг произнес:
— Если хочешь платье взять или еще что — бери. В той комнате все для тебя приготовлено было.
Она послушно кивнула и умчалась.
Сказать по правде, ей не так чтоб уж очень и хотелось сейчас на север… лучше бы домой вернуться, узнать, как там папенька с маменькой, как город, как ее подруги… Другой разговор, что с Ланежем она готова поехать куда угодно!
Готовясь к отъезду, Рэлико переоделась в собственное шерстяное платье и плащ, уже вычищенные и сухие. Обвела взглядом комнату, зная, что вряд ли сюда когда-либо еще вернется.
Соблазн прихватить на память зеленое платье возник — и тут же исчез. Не нужны ей дары весеннего бога! Наглого и беспардонного!
И вдруг — смазанное движение в стороне… осторожно открывается окно — кто-то из духов, да? Но она видела… разве она способна их увидеть?
А с другой стороны — кто еще это может быть? Если бы не окно, подумала бы, что показалось…
— Спасибо за гостеприимство и заботу, — поклонилась Рэлико в пустоту. Лучше показаться смешной, чем невежливой.
Тихий мелодичный звон. А затем прямо перед ней из пустоты возник небольшой бумажный пакет.
Рэлико, поддавшись любопытству, развернула его — и обескураженно посмотрела в окно.
Взять платья или украшения она бы ни за что не согласилась.
