– Слежалась я, ссиделась, – пожаловалась я, выпрямляясь, и, развернувшись к нему, зашептала: – Серёжа, люблю тебя! Я очень тебя люблю! Ты обнимаешь, дышишь в волосы, и мне так хорошо, что и не знаю, как сказать.
Дорога на скалу была широкой и крутой. Бодро начав восхождение, я сразу сбила дыхание.
– Маленькая, не торопись. Мы никуда не опаздываем.
– Сейчас, Серёжа, приноровлюсь.
После первого же поворота, на пологом участке дороги, я восстановила дыхание, и дальше всё пошло веселее. Серёжа включил на смартфоне музыку, мы взялись за руки, вместе делали два маленьких шага вправо вверх, потом те же два шага влево вверх, и так дальше зигзагом, два притопа, без прихлопов, под ритм композиции Pink Floyd «The Wall». Иногда Серёжа подхватывал меня за талию и, удерживая на весу, в одиночку делал те же «притопы».
Гид опередил нас, он шёл, не оглядываясь, а мы не старались его догнать и вскоре совсем потеряли из виду.
Выходя из очередного поворота, мы оба судорожно втянули в себя воздух… и на время утратили способность дышать. Перед нами распахнулось безбрежное голубое пространство, подёрнутое, кажется, вполне осязаемой вуалью розоватой дымки. Косо пронзая дымку, к земле уходили золотистые стрелы позднеосеннего солнца.
– Что-то подобное можно увидеть при полёте на дельтаплане… – задумчиво произнёс Сергей, – но там всегда видишь землю под собой, а здесь связь с землёй потеряна… даже и горизонт размыт.
Мы вышли на середину скалы. Поверхность её была горбатой и напоминала, вывалившийся из пасти, язык огромного чудовища. Я бросила куртку наземь и села на неё, обняв коленки.
– Ты занимаешься дельтапланеризмом?
– Забросил. Николай когда-то поставил на крыло! Ко времени нашего знакомства он уже мастером спорта был. – Серёжа сел рядом и облокотился на валун.
– Один раз на даче я видела луч солнца, – стала рассказывать я почему-то шёпотом, – только что прошла гроза, тучи раздвинулись и открыли маленький, чисто вымытый кусочек неба. Сквозь эту щель прорвался луч солнца. Был уже вечер, и луч, как и сейчас, падал под углом. На фоне толстых, словно стёганое одеяло, туч виден был сам луч – не свет, а именно луч, как стрела – разреженное золото на серо-синем фоне. У меня и фотография в смартфоне должна сохраниться.
– В Индии проведём ночь на пляже и встретим рассвет, – пообещал Серёжа. – Солнце над океаном встаёт очень красиво.
Стефан стоял почти у самого края скалы и никак не реагировал на наше присутствие. Плечи его будто уменьшились, поникли, ссутулились; не отрываясь, он смотрел не в простор перед собой, а вниз, в пропасть под ногами.
«Что он там высматривает? Что можно увидеть с такой высоты?» Внезапно я почувствовала тревогу, сердце учащённо забилось. Мужчина стоял, не шевелясь, и вдруг качнулся и приподнял левую ногу, словно намереваясь сделать шаг…
– Нет! – рванулась я к нему. – Не надо.
Серёжа как-то сдавленно выдохнул:
– Мален…кая…
– Не надо, – повторила я, глядя мужчине в глаза. Глаза его будто остекленели, в них не было ни боли, ни какой-то бы то ни было осмысленности. Я начала кричать: – Надо жить! Она не хочет твоей смерти! Слышишь?! Ты должен жить, помнить и жить!
Он увидел меня, и вмиг лицо его перекосилось гневом.
– Стеф… – только и вякнула я. Зачерпнутая, словно ковшом, рукой гиганта, я влипла лицом в его ключицу.
Продолжая начатое движение, он повернулся вокруг своей оси и, больно схватив меня за плечо, швырнул к Серёже.
– Маленькая… – Серёжа поймал меня и попятился, – что ты… зачем… – облепив меня руками, он стал кругами ходить по площадке, – что ты… Девочка… моя Девочка… зачем?
– Серёжа, он хотел прыгнуть, – стала шептать я ему в ухо, – я видела, он сделал шаг…
– Ну что ты… зачем?
– Я видела, Серёжа! Я видела его глаза. Совсем, совсем пустые… – Вытянув носки, я старалась нащупать землю, и мне это удалось.
Серёжа остановился, и я прочно встала на ноги. Наш гид сидел спиной к пропасти, опираясь локтями на задранные вверх колени. Лицо он прятал в ладонях. Довольно долго мы молчали. Потянувшись к уху Серёжи, я шёпотом спросила:
– Может, его позвать?
– Пойдем вниз, – сказал он и наклонился, поднимая наши куртки, встряхнул каждую и перекинул себе через руку.
– А он? – указала я глазами на гида.
– Пойдём.
Мы почти дошли до машины, когда Стефан нас нагнал, опередил и первым сел в машину. Заведя мотор, смотрел вниз на долину и ждал, пока рассядемся мы. Продолжая тревожиться, я взглянула на него в зеркало заднего вида и встретила откровенно насмешливый взгляд. Меня его насмешка и не обидела, и ничуть не убедила – он не раз уже бывал на этой скале и бывал не только с туристами. Скала эта – его шанс избавиться от боли.
Деревня, как и предыдущая, встретила безлюдьем – мы ехали по широкой улице, дома с обеих сторон отстояли друг от друга широко и просторно, и земля между ними была покрыта сухой разноцветной листвой.
– А снег здесь бывает? – поинтересовалась я.
– Да. В этом году ещё не было. Осень тёплая.
