– Ну что ж, Мария Васильевна, начну с главного – я не хочу вас потерять. У вас прекрасная рекомендация, Сергей считает вас богиней кулинарии, к тому же, он искренне к вам привязан. А посему, вам придётся изменить ваше отношение… – я умолкла, увидев, что рука Маши вырвалась из-под груди и уперлась кулаком в бок. Сопроводив взглядом движение, я вновь подняла глаза к её лицу и продолжала: – к вашим обязанностям. У меня всего лишь одно требование, и оно не обсуждается. На кухне должна быть идеальная чистота, а посему, вам, Мария Васильевна, придётся научиться чистоплотности. Сергей должен есть не только вкусную, но и во всех отношениях здоровую пищу.
Маша прищурила глаза и растянула рот в улыбке.
– У вас красивая улыбка, Мария Васильевна, – улыбнулась и я и отправилась к навесному шкафу над мойкой, – улыбка недобрая, но всё равно красивая. – Я достала несколько тарелок, осмотрела их и поставила в мойку. То, что посуда может быть плохо вымытой, я догадалась ночью, когда отмывала графинчик для розы. – Я не тороплю вас с ответом, – продолжала я, – мы сегодня уезжаем, когда вернёмся, не знаю, но полагаю, у вас будет достаточно времени, чтобы обдумать и моё требование, и своё решение. – Начав мыть посуду, я взглянула на неё из-за плеча и прибавила: – В следующий раз мы с вами договорим.
– Какая ты уверенная! – пропела Маша. – Угрожаешь уволить меня? Так вот тебе мой сказ: не тебе решать! А на требования твои мне плевать! – И она вновь наклонилась к духовке. – А и вот ещё что! – Не разгибаясь, Маша подняла на меня взгляд. – Ты не больно-то мечтай! Следующего раза у тебя не будет, Сергей Михалыч недолго со своими подружками хороводится. Видели мы и пофигуристей, и покрасивше, которые тоже думали, что надолго здесь поселились. А где они? Маша здесь, а их и след простыл. А тоже правила свои устанавливать норовили!
«Здесь?» Среди вороха плохо отстиранных полотенец я разыскала несколько новых и, взяв одно, начала вытирать вымытые тарелки и приборы.
– Доброе утро, – входя на кухню, поздоровался Сергей и прямиком направился ко мне.
Маша сладко улыбнулась и зачастила словами:
– Доброе-доброе, Сергей Михалыч. Как выспался? Слышала я, поздно совсем вернулись. А я вот и завтрак твой любимый приготовила, блинчиков напекла, нафаршировала, сейчас в духовке доходят. И творожные, и мясные. Надеюсь, и гостье твоей угожу.
Не слушая её, Сергей взял меня за подбородок, понуждая смотреть на него, и тревожно ощупал моё лицо взглядом. Брови его были нахмурены, вероятно, он услышал слова Маши. Я безмятежно улыбнулась.
– Садись завтракать, Серёжа.
Он отвёл взгляд от меня к Маше.
– Маша, я вчера не представил, познакомься, моя жена Лидия.
– Так мы и сами познакомились, Сергей Михалыч.
Сергей молча несколько мгновений смотрел на неё, она спряталась от его глаз – суетливо поискала кухонные варежки и, нахлобучив их на руки, загремела противнем в духовке.
– Маша, хочу предупредить…
– Серёжа, – перебила я, – ты обещал познакомить меня с твоей Москвой, – скорчив виноватую гримаску, я улыбнулась, поднялась на цыпочки и поцеловала его в щёку. – Предлагаю быстрее позавтракать и отправиться на первую экскурсию.
И я начала сервировать стол, а Маша начала его накрывать. На посуду, в которой она подавала завтрак, я старалась не смотреть. Одно блюдо, взятое ею для сырной нарезки, я всё же перехватила и, возвращая его ей в руки, указала кивком головы на мойку. Она уставилась на него, словно не понимая, что это такое, и безмолвно отправила в раковину. Наконец, Маша пропела:
– Садись, Сергей Михалыч, чего окна рассматривать? Приятного аппетита! И вы, – она взглянула на меня, – садитесь… кушайте!
– А вы, Мария Васильевна?
– Я? – она растерянно посмотрела на тарелку и приборы, которые я поставила и положила для неё. – Неет, – протянула она и махнула рукой, – я завтракала уже. Время-то позднее.
– Ну, тогда посидите с нами, составьте компанию.
Маша подумала и выдвинула для себя стул. Сесть не успела, всплеснула руками, вспомнив о чём-то, и побежала к шкафу. Я посмотрела на замызганную сахарницу, которую, вернувшись, она водрузила на стол и отвела глаза.
Подперев рукою подбородок, Маша умильно наблюдала, как мы едим. Когда тарелка Сергея пустела, она чуть-чуть придвигала к нему блюдо, предлагая взять ещё. То же она проделывала и со мной.
– Очень вкусно! – нахвалила я абсолютно искренне, – моя мама печёт вкусные блины, но ваши, Мария Васильевна, вкуснее. Ела б и ела, но… я сыта.
– Как же? – обиженно изумилась она. – А мясные-то вы даже не пробовали! – и двинула блюдо ко мне.
Я засмеялась.
– Благодарю, Мария Васильевна, когда есть выбор между мясом и не мясом, я выбираю не мясо. Благодарю, что предоставили выбор.
– А вы что, мясо не едите?
– Почему же? Ем. И даже иногда люблю.
– Маша, кофе готов? – впервые за время завтрака подал голос Серёжа.
На этот раз Маша и вовсе расстроилась.
