Правитель Турана пребывал в ярости. Только что от Тохтамыша вернулся Шамсаддин Алмалык. Тимур намеренно отправил на переговоры к своему противнику именно его. Шамсаддин Алмалык был самым опытным послом. Тимур надеялся, что он не только узнает точное место расположения войск хана Улуг Улуса, но и сможет урезонить Тохтамыша не начинать ненужную войну, которая не входила сейчас в его планы. Тохтамыш ответил решительным отказом.
Стены походного шатра сотрясались от гнева Тимура. В негодовании он почти потерял контроль над эмоциями. Как мог он надеяться на благоразумие изменника?! Как мог поверить в него?! Неблагодарный! Ведь Тохтамыш обязан ему положением, властью, жизнью, в конце концов! Этот мальчишка не оценил ничего! И он – Тимур, еще предлагал ему право выбора!!! Нет!!! Теперь ему не будет пощады! И это окончательное решение!
Прозрачный, еще не жаркий воздух долины Терека опьянял свежестью наступившей весны. Тимур вдохнул его дурманящий аромат и окинул взором окрестность. Несколько дней назад он пришел со своим многочисленным войском сюда, к месту, где река Сунджа впадала в полноводный стремительный Терек, и на правом ее берегу разбил лагерь. Сейчас, вглядываясь в даль, Тимур старался увидеть самые крайние ряды своей рати, но от несметного количества людей, коней и арб у полководца рябило в глазах.
Склоны гор на противоположной стороне Терека были скрыты под зеленеющим ковром густых лесов. Где-то вдали, властно подминая под себя крыльями воздух, тяжело поднялся в небо огромный черный орел. Засмотревшись на птицу, Тимур невольно сравнил орла с собой. Такой же гордый и одинокий, как и он, хищник, с высоты полета высматривающий свою, не имеющую шансов остаться в живых жертву.
Взор Тимура, подневольно устремляясь за птицей, вдруг переметнулся на левый берег Терека, туда, где всего в нескольких сотнях шагов обосновался Тохтамыш. До заклятого врага было рукой подать, однако дотянуться до него Тимур не мог. Днем раньше, с трудом преодолев береговые укрепления, которые люди Тохтамыша соорудили из срубленных деревьев, щитов и арб, Тимур переправился через Сунджу, но впереди был полноводный стремительный Терек. Для решающей битвы Тимуру необходимо было преодолеть и это препятствие. Однако, несмотря на усилия, все его попытки подняться вверх по реке не приносили результата. Тохтамыш не подпускал Тимура к броду. Их противостояние длилось уже три дня, а заваленная лесом переправа до сих пор не покорилась правителю Турана.
Тимур думал. Он пошел на хитрость, направив Тохтамышу заверение, что больше не желает ему зла и хочет восстановить давние дружеские отношения, но Тохтамыш не поддался на эту уловку и не переставал контролировать каждый его шаг. Их армии, разделенные лишь бурным течением Терека, бок о бок, не уступая друг другу ни пяди, двигались вверх по реке. Но так больше продолжаться не могло…
На третью ночь противоборства в стане Тимура царило оживление. Именно в эту ночь правитель Турана приказал своим людям овладеть переправой. Следуя строго по плану, чтобы враг не заподозрил подвоха, женщины надели на головы боевые шлемы и, став похожими на воинов, вместе с рабами и пленниками создали видимость большого войска. В то же время мужчины, оседлав коней, взяв еще по жеребцу в поводу, тихо, чтобы не возбудить у неприятеля подозрений, отправились вниз по реке. Около третьего часа ночи они добрались до брода и перешли Терек.
Жаркое жестокое сражение не стихало несколько дней. Тимур по привычке все еще называл Тохтамыша юнцом и неблагодарным мальчишкой, но недооценивать хана Улуг Улуса, имевшего многочисленное войско и сильных союзников, он уже не мог. Перед ним стоял достойный противник, который просчитывал ходы, соизмерял силы, знал цену хитрости.
На арене битвы щедро лилась кровь. Долина Терека, усеянная мертвыми телами, стонала голосами раненых. На поле брани кроваво-терпким туманом витал запах конского пота и изувеченной человеческой плоти. Большая часть воинов навсегда так и осталась покоиться на берегах Терека. Храбрые багадуры, знатные эмиры, благородные огланы, гнусные предатели и верные воины – все уравнялись перед лицом смерти. Изменчивая Фортуна, равнодушно взирая с небесных высей на происходящее на земле, не отдавала предпочтения никому, склоняясь в благосклонности то на сторону Тимура, то на сторону Тохтамыша.
Три дня изнурительного тяжелого побоища для правителя Улуг Улуса стали роковыми. Тимур не родился бы Тимуром, если Фортуна, эта капризная дама, в конце концов, не отдала бы ему предпочтения. Тохтамыш проиграл. Потеряв почти все свое войско, он в страхе бежал в сторону Булгара. Тимур не послал за ним погони. Он просто ушел в сторону Итили. Впереди себя победитель гнал жалкие остатки вражеской армии.
После опьяняюще сладкой горной ауры долины Терека, воздух берегов Итили казался Тимуру терпким и вязким. Дыхание реки, разгул степных ветров наполняли его запахами близкой воды, полыни и теплом поздней весны.
