Хаджи-Тархан встречал Тимура настороженно. И хотя в первый свой приезд Железный Хромец не нанес городу страданий, страх опять заставлял людей искать убежище в подпольях своих домов. Еще больший ужас испытали они, когда город и его окрестности заполнились уцелевшими в сражении пленниками.
Тимур и сейчас никому не причинил зла. Хаджи-Тархан не лишился ни единого кирпича. На улицах города не пролилось ни единой капли крови его обитателей. Приближенные правителя Турана занимались полоном, разбором богатых трофеев, готовились к победному пиру и курултаю, который Тимур рассчитывал провести совсем скоро.
Уединившись в покоях своего дворца, построенного для него здесь несколько лет назад, Тимур думал о будущем. С одной стороны, он не хотел причинять этому могущественному городу вреда, но с другой – Хаджи-Тархан слишком много значил для Улуг Улуса. Со всего света в любое время года стекались на его рынки караваны верблюдов, груженные разнообразными диковинными товарами. От этого казна государства Джучидов полнилась, а сам Великий Улус составлял серьезную конкуренцию растущей державе Тимура. И Тимур не должен был упускать это из вида.
Однако Хаджи-Тархан не являлся единственным важным средоточием торговых путей. Города Керама были для иноземных купцов не менее притягательными. На эти города был сейчас направлен взор Тимура. Именно поэтому он не мог предаваться долгому отдыху в Хаджи-Тархане. Но он хотел быть спокоен и за этот город, и за весь Улуг Улус, ведь теперь на правах победителя он становился владетелем его территории. На предстоящем курултае Тимур предполагал объявить во всеуслышание, кто от его имени займет Алтун Тахет и кто станет наместничествовать в Хаджи-Тархане. Принять решение Тимуру было не просто. Он должен был быть уверен не только в надежности и верности, но и в мудрости своих ставленников.
После курултая Харун ад-Дин решил заглянуть к Марпате. Теперь их больше связывали узы давней дружбы, в которую переросли былые отношения господина и слуги. Поэтому эмир не считал зазорным иногда самому наведываться в дом приятеля, тем более что их встречи становились все реже. Служба у Тимура занимала много времени, а Марпата был к этой службе совершенно непричастен.
Дверь Харун ад-Дину открыла Айгуль. Обрадовавшись, она расплылась в улыбке, которая обнажила ее крепкие белые зубы и лучики появляющихся вокруг глаз мелких морщинок. Айгуль, хотя и была несколько моложе Марпаты, все же давно вошла в пору зрелости. И если ее стан был уже не таким утонченным и стройным, Айгуль оставалась красивой и привлекательной, как в годы юности.
По обыкновению друзья засиделись допоздна. Марпата рассказывал Харун ад-Дину о своих планах на будущее, эмир – о только что закончившемся курултае.
– Сегодня Тимур огласил перед собравшимися имя наместника Улуг Улуса, – эмир затянулся кальянным куревом. – Выбор пал на сына Урус-хана Куюрчук-оглана.
Марпата лишь пожал плечами. Бесконечной смене ханов на сарайском престоле давно никто не удивлялся. И только Тохтамыш сумел обуздать неуемную борьбу за сарайский престол. Теперь, как видно, пришла очередь Тохтамыша. Харун ад-Дин словно прочитал мысли Марпаты:
– Тохтамыш ушел в булгарские степи. Алтун Тахет пуст.
– Да, – подхватил Марпата, – такое место долго не пустует.
– Не надо сарказма, Марпата, – недовольно поморщился Харун ад-Дин. – Решения Тимура не принято обсуждать. Тем более что скоро мы опять выходим в поход. На сей раз в Азак. Вместо себя, здесь, в Хаджи-Тархане, Тимур оставляет почтенного Омар-и-Табана, но сейчас я хочу поговорить с тобой не об этом. Я прошу тебя, перебирайтесь с Айгуль в Самарканд. Пока не отстроитесь, мой дом к вашим услугам. Хаджи-Тархан – город богатый, красивый и удобный для жизни. Не зря Тимур сделал его своей походной резиденцией. И не тронул ни в первый, ни во второй свой визит. Но Хаджи-Тархан мешает Тимуру. Этот город создает большие проблемы для его растущей державы. Здесь проходят важные для Улуг Улуса торговые пути. Когда-нибудь Тимур сотрет Хаджи-Тархан с лица земли. И это время не за горами. Здесь становится опасно. Лично я перевожу в Самарканд весь свой двор. Я уже отдал слугам распоряжение собираться. Я предлагаю вам с Айгуль последовать моему совету и отправиться в Самарканд вместе с моими людьми.
Марпата вскинул на Харун ад-Дина удивленный взор. И все-таки он никак не мог подумать, что эмир покинет Хаджи-Тархан. Неужели им предстоит расстаться, теперь уже навсегда?
Харун ад-Дин понимал, как трудно его другу решиться на переезд. Он знал, какими невероятно крепкими, почти мистическими узами Марпата был связан с Хаджи-Тарханом. Поймав взор Марпаты, в котором сквозило не только изумление, но и плохо скрываемая усмешка, эмир понял – все его дальнейшие его увещевания были бесполезны.
