С тревогой узнаю, что русские своевременно оценили значение Припятского бассейна и сосредоточили там для нанесения удара во фланг нашим наступающим войскам около десяти дивизий. Эти дивизии уже попытались однажды перерезать наш клин восточнее Ровно. И хоть надолго закупорить магистраль Луцк — Киев им не удалось, продвижение нашего ударного 3-го корпуса на несколько дней было приостановлено. Чтобы отвратить опасность, фельдмаршал вынужден был силами левофлангового 17-го корпуса провести в северном направлении наступление на Костополь — Сарны — Дубровицу. Но русские не приняли боя и отошли в болота. Следовательно, опасность не ликвидирована, и неизвестно, когда удастся ее ликвидировать. Для уничтожения «болотной» армии противника[14] у нас нет ни времени, ни необходимого количества войск. К тому же русские привыкли к лесисто-болотистой местности и довольно умело используют ее особенности, а наши солдаты не научены эффективно действовать в таких условиях. Они боятся чащоб, где из-за каждого куста их подстерегает смерть, боятся туманных ночей, в которые русские устраивают дерзкие вылазки, боятся заблудиться в диких пущах. Дороги, какие там есть, для пользования почти непригодны, поскольку все они заминированы, а на обочинах и машины, и подводы проваливаются в топкую грязь. Чтобы одолеть несколько километров, приходится тратить много драгоценного времени. Так что продвижение в таких условиях наравне с ударной группой исключено, а значит, надежно прикрыть свой левый фланг армия не в состоянии.
…Из России поступают сведения, что в прифронтовой зоне большевики ведут большую подготовку к развертыванию партизанской борьбы в нашем тылу.
Не имея возможности остановить полки фюрера, Сталин выступил 3 июля по радио и призывал отступающие войска уничтожать все материальные ценности, чтобы они не достались нам. К тому же большевики повсеместно формируют пешие и конные банды.
Уже поступили первые сведения из оккупированных территорий о варварских действиях советских партизан. Вблизи Житомира полностью уничтожена рота самокатчиков, а у села Великая Балка сожжены две автомашины с радиопередатчиками, не говоря уже о порче мостов, средств связи, железных дорог. Пока что эти разрозненные действия не представляют серьезной угрозы, но если сейчас не принять жесточайших мер и позволить большевикам поднять на борьбу все население, наш тыл, терроризуемый хоть и мелкими, но частыми «уколами», не сможет выполнить поставленных перед ним задач. Стократ прав фюрер: при ведении войны на Востоке более всего подходят жестокость и безжалостность. Немецкий солдат должен вселять в унтерменшей животный страх!
…Как свидетельствуют события последних дней, опасения за северное крыло 6-й армии напрасны. «Болотная» армия русских, истощенная жестокими боями, отступила за Припять.
Вчера наши войска захватили Житомир, а три дня назад, 7 июля, вступили в Бердичев. Теперь плацдарм для выхода танковой группы генерала Клейста на оперативный простор создан. Правда, большевистское командование пытается любой ценой вернуть утраченные рубежи. Несколько дивизий кавалерии и пехоты бросило оно в наступление в районе Бердичева. Наша славная 11-я танковая дивизия вот уже несколько суток храбро сдерживает их натиск. Ее командира генерал-майора Людвига Гюрвеля фельдмаршал представил к награде рыцарским крестом.
Из Коростенского укрепрайона развернуло наступление на Житомир и Новоград-Волынский крупное русское соединение при поддержке танков и артиллерии. Однако это не помешало 3-му армейскому корпусу продолжать стремительное продвижение на Киев. Директива № 3 от 9.VII.1941 года требует как можно быстрее «овладеть в районе Киева крупным плацдармом на восточном берегу Днепра как базой для продолжения военных действий на Левобережье».
Мне не раз приходилось видеть, с каким нетерпением солдаты ждут наступления на украинскую столицу. Да это и понятно.
Киев — это выполнение 6-й армией основной задачи, поставленной планом «Барбаросса». Киев — это ворота к достатку. Если нам удастся быстро отворить эти ворота, откроется дорога к украинской пшенице, криворожской руде и донецкому углю, к кавказской нефти и крымским винам. Наконец, Киев — это предпосылка быстрого завершения восточной кампании. Без Украины могущество большевиков фиктивно во всех отношениях. Киев — это предвестник падения Москвы. Недаром же фельдмаршал в беседе с командиром 3-го корпуса генералом фон Маккензеном сказал:
