– Спасибо, ― улыбнулась девушка. Таких приятных слов ей никто никогда не говорил. Это придало ей сил и бодрости для того, чтобы встретить любые испытания. ― Магистр, а что с мастером Кэмдиброгом? Он всегда был таким грубым и… злым?
– Злым? Нет… Ты ведь уже поняла, что он хороший воин. Но он не просто хорош в военном деле ― он был одним из самых лучших рыцарей за всё существование Нового мира. Замечательный тактик и стратег, прекрасный и отважный боец, благородный добрый рыцарь. Сначала он возглавлял войска Санд-Ланарима, но затем король Арланд переманил его к себе, и он занял высокий чин при короле в Адрамасе. Военная карьера для него была всем. Но во время битвы с Тайтенримом он лишился руки, и был возвращён в Санд-Ланарим. Совет решил отстранить его от военного дела, понизив до должности простого учителя, мастера боевых искусств, вынужденного перебраться на окраину королевства Санд-Йэр в городок Санд-Рэнн и тренировать подрастающее поколение Рэтхима. Это сломало Кэмдиброга и разрушило его жизнь. Теперь ты поняла причину его жёсткости?
– Да, магистр… ― произнесла Эмили, глядя на мастера боевых искусств и постепенно проникаясь к нему уважением.
– Только не говори ему о том, что это я тебе рассказал, иначе мне не поздоровится! Он просто ненавидит, когда его жалеют.
– Конечно! Можете на меня рассчитывать. Магистр… а где Риэль?
– Она отпросилась у меня за корнем яснушки… А вот, кстати, и она!
Эльфийка плюхнулась рядом с Эмили, в то время как учитель ушёл, похлопав девушку по плечу.
– Ух ты! ― радостно прощебетала она, а её довольная улыбка до ушей была очень заразительной. ― Я тебе тут для бодрости кое-что нарвала ― корень яснушки, но, смотрю, уже ничего и не требуется!
– Да, я уже в норме! ― бодро ответила девушка. ― Всё благодаря магистру Танталиилу!
– Оу, значит, тебе это уже не нужно. ― Она раскрыла ладонь и показала корешки каких-то растений, даже запах которых очень бодрил. ― Пойду тогда отнесу магистру Хэдикошу…
– Нет-нет-нет! Пожалуй, всё же пригодится. ― Эмили с улыбкой приняла бодрящие корешки. ― Спасибо. Что с этим делать? Заваривать?
– Нет, просто жуй, когда почувствуешь сонливость. Но только не глотай! Иначе уснёшь о-очень нескоро. Ныне корень яснушки большая редкость и стоит очень дорого на рынке, а я наткнулась на целое семейство яснушек! Невероятная удача!
Эмили положила один корешок в рот и тут же почувствовала прилив сил и бодрости. Сон как рукой сняло! Надо признать, эти корешки подействовали лучше любого вирхимовского кофе, так что все испытания, подготовленные Кэмдиброгом на этот день, девушка выполняла очень стойко и быстро, что, само собой, очень злило и раздражало наставника. Как он только её не мучил! Заставлял в одиночестве наматывать километровые круги, перетаскивать всю амуницию с места на место, а вдобавок ещё и перечищать все доспехи по нескольку раз ― но со всем этим она справилась достойно. Хотя, похоже, мастер не желал на этом останавливаться, и это уже начинало пугать не только Эмили, но и всех учителей. Как раз во время того, как девушка начищала последний шлем, пока все обедали, она пыталась разобраться в намерениях Кэмдиброга, разжёвывая очередной бодрящий корешок. Но сколько бы Эмили не думала над этим, она по-прежнему недопонимала, чего конкретно добивается мастер своими наказаниями, и не представляла, когда же наконец всё это закончится.
И вдруг к ней подошёл Оуэн и небрежно кинул ей свои латные наручи, чтоб она их начистила. Эмили удивлённо посмотрела на него. Парень держался наигранно высокомерно, и она раскусила его намерения. Очевидно, он хотел произвести впечатление на мастера Кэмдиброга, который и так постоянно выделял его из всех, хвалил и даже называл будущим нового рыцарства. Конечно же, это льстило молодому парню, и он очень возгордился. Пожалуй, даже чересчур. Но такое небрежное и надменное поведение девушку очень зацепило. Ведь он сам же её подставил, в конце концов.
– Не забывай, по чьей вине я здесь, ― тихо произнесла Эмили. ― Не хочешь помогать ― дело твоё. Но хотя бы проявляй уважение ко мне и моему… молчанию. Любимчик мастера…
– Ты что, не понимаешь? ― серьёзно прошептал Оуэн, разворачиваясь к девушке спиной. ― Да не могу я подать виду, что даже хоть как-то причастен к тому дежурству и что-то знаю! Я у него на хорошем счету. А узнай он правду… он же меня в порошок сотрёт, Эм! И вообще, мне лучше с тобой не разговаривать…
– Знаешь, когда у тебя появились успехи по боевому искусству, я тебя очень зауважала. В моих глазах ты вырос до статуса рыцаря. Да ты сам уже стал считать себя рыцарем. Но рыцари благородны и честны как перед другими, так и перед собой. Так что поверь, ты ― далеко не рыцарь.
Тут Оуэн заметил, что Кэмдиброг смотрит на него, и быстро ретировался.
– Но что тебе до моего мнения… ― со злостью выдохнула Эмили и принялась за наручи, а чуть позже, когда путники продолжили дорогу, Оуэн всё так же сторонился девушки, словно никакого разговора и не было.
