Ученый полагал, что история есть драма борьбы между свободой и фатализмом. Его первый большой популярный исторический труд – «Римская история: Республика» (1831). В том же году он написал «Введение во всеобщую историю» («Introduction à l’histoire universelle») (1831). Венцом всемирно-исторического процесса Мишле считал Францию. В 1855 году в очередном томе «Истории Франции» («Histoire de France») Мишле впервые использовал термин «Ренессанс» для обозначения периода в культурной истории Европы, последовавшего за Средневековьем. В 1847–1853 годах Мишле написал 7‐томную «Историю Французской революции» («Histoire de la révolution française») с привлечением очень широкого круга первоисточников, в том числе не дошедшие до наших дней, включая протоколы парижских секций, сгоревшие в 1871 году, равно как и данные филологии, искусствоведения, географии, психологии и других дисциплин. Движущими силами революции Мишле считал не материальные интересы, а идеи братства, свободы и справедливости. Установление республики Мишле считал одним из главных достижений революции. Из деятелей революции наибольшие симпатии он питал к Дантону, которого считал наиболее тесно связанным с народом. Историк Франсуа Фюре утверждал, что «История французской революции» Мишле остается «краеугольным камнем всей революционной историографии, а также литературным памятником». Главным трудом жизни Мишле стала «Истории Франции» («Histoire de France») (1831–1867) в 19 томах. Первый том посвящен ранней истории франков вплоть до смерти Карла Великого, второй – периоду расцвета феодальной Франции, третий – XIII веку, четвертый, пятый и шестой тома – Столетней войне, седьмой и восьмой – установлению королевской власти при Карле VII и Людовик XI. XVI и XVII векам посвящено по четыре тома, большая часть которых очень отдаленно связана с собственно французской историей, особенно в двух томах, озаглавленных «Возрождение и реформа». Последние три тома повествуют об истории XVIII века до начала Великой французской революции. Мишле не любил Средние века и противопоставлял им эпоху Возрождения. Также в объяснении исторических событий он полагался на интуицию и в своих сочинениях не скрывал симпатии или антипатии к изображаемым героям. В 1869 году Мишле издал трактат об образовании «Наши сыновья» («Nos fils»), где утверждается, что в воспитании юного поколения должно быть достигнуто единство семьи, отечества и природы. В 1871 году Мишле начал писать «Историю XIX века» («Histoire du XIX siècle»), но успел написать только 3,5 тома, доведя изложение до битвы при Ватерлоо. Ученый был решительным противником социализма, поскольку социалисты отрицали частную собственность, а Мишле считал, что жизненный и нравственный идеал подлинного народа, т. е. крестьянства, заключается в частной собственности, в обладании своим куском земли, своим полем, своим домом. Мишле утверждал: «Велика собственность или мала, она возвышает человека в его глазах». Он также отрицал террор и политическое насилие. В 1846 году Мишле опубликовал книгу «Народ» («Le people»). Под народом историк понимал прежде всего крестьянство. Мишле сильно идеализировал народ, приписывая ему способность к подвигу и самопожертвованию в противоположность холодному эгоизму имущих классов. Путь к решению социальных проблем историк видел в сближении имущих классов с народом за счет отказа от эгоизма. Сближению классов и сословий должна способствовать единая народная школа, где ни у кого не будет никаких привилегий. Здесь ребенок должен узнать своё отечество, чтобы научиться видеть в нём живое божество, в которое можно верить. В школе должна была сформироваться детская община, предшествующая гражданской общине и основанная на взаимной любви. Таким образом, Мишле считал возможным достигнуть идеального государства, основанного не на равенстве, а на неравенстве различных между собою людей, которые достигают гармонии посредством взаимной любви. Мишле проявлял большой интерес к России. Его вторая жена несколько лет работала учительницей в Петербурге, так что он имел информацию о Российской империи из первых рук. В 1851 году он познакомился с изданным по-французски сочинением Герцена «О развитии революционных идей в России» («Du développement des idées révolutionnaires en Russie»), которое назвал «героической книгой великого русского патриота». После этого он написал серию статей о России. Мишле так характеризовал русскую армию: «Что же это за армия, которая в мирное время терпит такие огромные потери?.. В эту армию набирают солдат в три раза больше, чем она насчитывает в реальности. Куда же деваются остальные?.. В России нигде не встретишь старых солдат-инвалидов, столь многочисленных в других краях. Здесь все поголовно выздоравливают; их пользует врач, который вылечивает любой недуг; его имя – Смерть». Обращаясь к русским офицерам, он утверждал: «Многие из вас пытаются обмануть самих себя. Они утверждают, что служат славе России. Но, господа, не будем путать две разные вещи. Существуют две России: империя и нация. Так вот, империя – я берусь это доказать – не сделала ни единого шага, который не вел бы к уничтожению вашего национального гения, к убиению того славянского духа, который жил в вас. Чтобы дать определение чудовищному правительству, под властью которого вы живете, достаточно двух слов: оно есть не что иное, как гибель России». Мишле призывал к свержению императора-деспота. Герцен ответил ему, опубликовав осенью 1851 года в Ницце на французском языке брошюру «Русский народ и социализм (Письмо к Ж. Мишле)» («Le peuple Russe et le socialisme»), где защищал от нападок русский народ: «Если вы разумеете Россию официальную, царство-фасад, византийско-немецкое правительство, то вам и книги в руки. Мы соглашаемся вперед со всем, что вы нам скажете. Не нам тут играть роль заступника… Но не об одном официальном обществе идет речь в нашем труде; вы затрагиваете вопрос более глубокий; вы говорите о самом народе. Бедный русский народ! Некому возвысить голос в его защиту! Посудите сами, могу ли я, по совести, молчать. Русский народ, милостивый государь, жив, здоров и даже не стар, – напротив того, очень молод. Умирают люди и в молодости, это бывает, но это не нормально. Прошлое русского народа темно; его настоящее ужасно, но у него есть права на будущее. Он не верит в свое настоящее положение… «Русский, – говорите вы, – лжет и крадет; постоянно крадет, постоянно лжет, и это совершенно невинно; это в его природе». (Мишле утверждал: «Россия – царство лжи. Ложь – в общине, которую следовало бы назвать мнимой общиной. Ложь – в помещике, священнике и царе. Крещендо обманов, мнимостей, иллюзий!» –
