— Двенадцать кораблей! — процедил Птолемей сквозь зубы, глядя на голографическую карту, где тускло мерцали красные отметки его потерянных вымпелов. — Двенадцать кораблей за пятнадцать минут! И еще восемь серьезно повреждены! Кто мог предположить, что какой-то новоявленный бригадный адмирал окажется столь изворотливым?
Офицеры мостика молчали, боясь привлечь к себе внимание разъяренного первого министра. Лишь вице-адмирал Явор сохранял внешнее спокойствие, хотя в глубине души испытывал мрачное удовлетворение — его предостережения оказались пророческими.
— Следовало ожидать подвоха, — наконец произнес Явор нейтральным тоном, тщательно подбирая слова. — Этот Саладзе — не случайный выдвиженец. Судя по его действиям, он прошел хорошую школу у Дессе.
Граус резко повернулся к вице-адмиралу, готовый обрушить на него весь поток своего гнева, но внезапно сдержался. Холодный расчет политика взял верх над эмоциями.
— Что ж, урок усвоен, — сказал он, заставив себя говорить спокойнее. — Больше я не недооценю этого господина Саладзе. — Птолемей прищурился, вглядываясь в тактическую карту. — Дмитрий Игнатьевич, готовьте новый план атаки. На этот раз — никаких поспешных действий.
Явор, несколько удивленный сменой тона первого министра, коротко кивнул:
— Какие будут указания, господин первый министр?
Граус задумчиво провел рукой по голографической проекции, словно пытаясь нащупать слабое место в обороне противника:
— Я хочу, чтобы наш флот был максимально рассредоточен по всему периметру крепости, — начал он, глаза его снова загорелись азартом стратега. — Пусть у защитников и артиллерийских расчетов Кронштадта не будет возможности понять, где будет главный удар. Они не смогут сконцентрировать свои силы на одном направлении, если будут вынуждены распылить их для прикрытия всей крепости одновременно.
Явор внимательно выслушал, анализируя предложенную стратегию. Идея была здравой — Кронштадт, при всей своей мощи, не мог иметь одинаково сильную защиту по всей поверхности огромной сферы. Рассредоточив флот, они заставят защитников разделить свои силы.
— Разумное решение, господин первый министр, — согласился вице-адмирал. — Однако, позволю себе заметить, что мне до сих пор не дает покоя отсутствие в системе основных сил Северного космофлота. Наши зонды-разведчики действительно обшарили весь ближний космос и не нашли и следа кораблей Дессе. Но, это… и настораживает.
Граус нетерпеливо махнул рукой:
— Эти данные подтверждают то, что мы уже знали — Дессе ушел вместе с казной в «Ингерманландию». А ваше беспокойство, вице-адмирал, хоть и похвально, но начинает граничить с паранойей.
Явор кивнул, окончательно решив больше не упорствовать и не раздражать командующего. А то будет как с Портниковым. Если первый министр так уверен в отсутствии Дессе, пусть будет по его. Но мысль о возможной ловушке ни на минуту не покидала осторожного и многоопытного вице-адмирала.
— Сколько времени потребуется для перегруппировки сил? — спросил Граус, возвращаясь к тактической карте.
— При условии координированного маневра — около сорока минут, — ответил Явор. — Затем еще полчаса на выход на оптимальные дистанции для атаки.
— Слишком долго, — Граус недовольно поджал губы. — У Саладзе будет время перестроить оборону и усилить защиту наиболее уязвимых секторов. Сократите время до минимума. Я хочу видеть наши корабли на новых позициях через тридцать минут.
— Будет исполнено.
Явор немедленно приступил к планированию маневра, рассылая приказы командирам подразделений. Сто восемьдесят оставшихся вымпелов флота первого министра начали сложное перестроение, постепенно рассредоточиваясь по всему периметру вокруг Кронштадта, соблюдая при этом безопасную дистанцию от смертоносных стационарных орудий крепости…
…Бригадный адмирал Вахтанг Саладзе наблюдал за маневрами противника со смесью настороженности и профессионального интереса.
— Что они задумали, Орест Петрович? — обратился он к кавторангу Верещагину.
— Похоже, перегруппировка для второй атаки, — ответил тот, анализируя движение вражеских кораблей. — Но в этот раз они не концентрируют силы, а наоборот — рассредоточиваются по всему внешнему периметру крепости.
Саладзе нахмурился, его густые брови сошлись на переносице:
— Умно. Очень умно. Явор решил заставить нас распылить свои силы.
— Вы знакомы с вице-адмиралом Явором? — удивленно спросил Верещагин.
— Лично — нет, — покачал головой Саладзе. — Но я изучал его тактику еще во время учебы в Академии. Дмитрий Игнатьевич Явор — один из лучших стратегов Тихоокеанского космофлота. И этот маневр — типичный для него прием. Он собирается охватить нас со всех сторон, чтобы мы не знали куда дернуться.
Верещагин кивнул, соглашаясь с анализом командира:
— Что будем делать, Вахтанг Георгиевич?
Саладзе задумчиво погладил свои усы, размышляя над ситуацией:
— У нас нет выбора. Придется разделить нашу дивизию на несколько групп и расставить их по периметру крепости. Иначе противник нанесет удар там, где нас не будет.
