Герцог повернулся и вышел, все-таки Риар прав, Изабелль временами непредсказуема.
Помаявшись некоторое время после ухода Арвиаля, мне захотелось уйти, но Сесиль, к которой я подошла с просьбой отправить меня домой, посоветовала подождать еще полчаса, так заведено, что уходят после первой части бала, потому как между первой и второй частью часто объявляют указы короля или официальные объявления лордов — о свадьбе, о помолвке, о праздновании дня рождения или бала. Если уйти раньше, то получается, проявляешь неуважение к аристократии и королю. Словом, я не поняла, чего от меня ждут, но посчитала разумным остаться.
Ко мне, стоявшей одиноко около колонны (Арлийский танцевали, как и другие мои друзья), с боку подошел Норийский:
— Что-то быстро Арвиаль Вас покинул, баронесса. — Не поворачивая голову к говорившему, продолжая следить за танцующими парами, спокойно ответила:
— Это мы здесь развлекаемся, а Его Светлость работает. — Герцог Норийский выдавил смешок:
— Ну да, ну да! Работает, конечно же! Сейчас развлекается с очередной девицей. — Я смерила его с ног до головы презрительным взглядом:
— Ваша Светлость, не стоит всех судить по себе, у герцога Арвиаля много работы из-за баронов фон Лабор.
— Вы, как всегда, слишком доверчивы, и в волке видите щенка, баронесса. Давайте поспорим, что Арвиаль сегодня Вам будет изменять, — и протянул руку. Я дернулась в сторону:
— Вот еще, это недостойно, клеветать на человека, да еще и пари держать на его личную жизнь! И мне неприятна эта тема, если Вы хотите поговорить об изменах, то это не ко мне, я сплетнями не занимаюсь. — Норийский фыркнул, потом склонился близко, к самому уху и сказал:
— А Вы просто, для интереса, глазами проследите за ним и убедитесь, что я просто все выдумываю. — Мне весьма этот разговор не нравился, я хотела как можно быстрее избавиться от внимания Норийского, поэтому сделала шаг в сторону, только мужчина внезапно прижал меня к себе. — Я еще не договорил, баронесса. Не будьте такой простушкой, герцог желает Вас только потому, что Вы сариан и подходите ему.
— Так же, как и Вы! — ядовито заметила я. Он согласно качнул головой, его волосы скользнули по моей щеке, а потом уха коснулись губы, я дернулась, но Норийский удержал:
— Я честен с Вами от начала до конца, и с самого начала сказал, что заинтересовали Вы меня как сариан, кроме прочего, обещал жизнь на равных и свободу выбора, только сейчас Вы нравитесь мне больше и больше, поэтоу отступать я не намерен. — Я резко повернулась к нему лицом и с усмешкой сказала:
— Вы безнадежно опоздали, Ваша Светлость, просто очень сильно. А сейчас прошу Вас оставить меня в покое!
Резко дернувшись, я избавилась от объятий Норийского и быстро прошла подальше, к освещенному кусочку зала, чтобы больше никому не вздумалось меня тискать, на глазах у других никто не посмеет это делать.
Едва выпила бокал лимонада, как в зал вновь вошел Арвиаль и глазами стал кого-то искать, пока его взгляд не остановился на мне, улыбнулся и стремительно пошел в мою сторону. Все-таки я оказалась права и Арвиалю можно дать шанс. Через минуты две герцог был возле меня, взял меня за руку и негромко сказал:
— Изабелль, нам надо поговорить. — Так, и этому нужны разговоры. Я сделала «кислое» лицо:
— Ваша Светлость, может потом как-нибудь? — Он сделал строго лицо, но глаза его смеялись, подхватил меня под локоть, потом пристроил мою руку у себя на сибе локтя и повел через весь зал, а затем коридор в другую часть замка. Нас окидывали и провожали удивленными взглядами, и я изумлялась столь несвойственному поведению герцога, но Арвиаль шел уверенно, поэтому я молча следовала рядом с ним. Через три поворота мы нырнули в неосвещенную комнату, а из нее вышли на балкон, на котором царил тот самый таинственный полумрак (его создавал свет из ярко освещенных окон бальной залы и других комнат), при котором признаются в любви, и из бальной залы доносилась музыка, приглушенная расстоянием и стеклами. Я вздохнула:
— Давайте, говорите, что случилось. — Он обнял меня:
— Ничего такого особенного, просто захотел побыть с тобой наедине. — Его Светлость вздохнул. — Я виноват, и буду просить за это прощения постоянно, я должен был тебе доверять.
Немного помолчав, герцог добавил:
— Я хочу, чтобы наши отношения возобновились, мне тебя не хватает.
Я просто потеряла дар речи, какие волки в лесу отдали свои жизни, чтобы эти слова сказал гордый герцог? Как же это было приятно слушать их. Мужчина, о котором я страдала, просит прощения и хочет возобновить отношения, конечно, все равно произошедшее не может просто так забыться, но если постоянно оглядываться назад, то будущего не будет. Иногда надо перешагнуть то, что обижало и быть выше обид. Хочется сказать ради ребенка, но это не совсем правда, ради себя самой тоже, я к герцогу Арвиалю не равнодушна, это стоит признать и не лгать хотя бы себе. Пока все обдумывала и молчала, герцог принял это за мое сомнение и пытался склонить меня к тому, чтобы дать ему еще один шанс.
