— Возьми, Рози, знаю, что сна это не заменит, зато что-нибудь купишь. — Горничная попыталась отказаться, но я впихнула ей золотой в карман передника. — Любая работа должна оплачиваться, знаю, что хозяева платят, но мне понравилось твое обслуживание, поэтому я даю тебе подарок. Да, считай это подарком. А теперь помоги мне волосы заплести, а пока буду завтракать, собери мои вещи.
Девушка занялась своими привычными делами, помогая мне уложить волосы, надеть дорожное платье. Завтрак, накрытый блестящей крышкой, стоял на маленьком столике. Открыла, каша на молоке, стакан морса, теплые гренки — все, как я люблю.
Позавтракав, написала записку Арлийским, которые, по словам Рози, не так давно вернулись с бала. Я извинялась перед герцогом и герцогиней за то, что заставила их волноваться, сообщала, что уезжаю в свое поместье, так как мне нужно подумать и привести в порядок свое душевное состояние, что всегда буду рада их видеть у себя в гостях.
Пусть это казалось со стороны бегством, но мне действительно было нужно подумать, размыслить и посмотреть на ситуацию со стороны. Возможно, я была в чем-то не права, что-то недопоняла, не разглядела. Ночь дала возможность немного утихнуть эмоциональной буре, однако для принятия решения нужно время. Именно так, все трезво взвесить, обдумать и не вестись на поводу эмоций, которые могут пагубно отразиться на моей жизни, или, еще хуже, жизни дочери. Поэтому отъезд в поместье просто необходим.
Через полчаса я сошла вниз, сонный лакей отнес в карету мой багаж, Рози отдала письмо для Арлийских, устно сообщив, что глубоко благодарна им за все, и села в карету. Понукание лошадей, экипаж качнулся и тронулся, стуча по мостовой колесами.
Несколькими часами ранее
Арвиаль шел, ругая про себя своих агентов и свой приказ — докладывать только ему, боялся, что добытая информация может попасть в руки сообщников барона. Лакей, которым являлся один из переодетых агентов, настоятельно попросил, что герцог самолично явился для получения информации. Оставалось мало времени до окончания первой части бала, и Белль не хотела его отпускать, но информацию получить было просто необходимо, поэтому он и шагал семимильными шагами к указанной комнате.
В комнате дожидалась одна из его шпионок, засевшая в элитном борделе. Невысокая брюнетка лет двадцати семи в броском платье и ярком макияже по-военному (это комично смотрелось со стороны — девица легкого поведения рапортует) доложила, что задержаны оба высокородных пособника барона, удалось из них вытрясти местоположение барона Орванна фон Лабор, находящегося все еще на территории королевства. Затем вытащила из лифа плотный квадрат, который сразу же развернула, это была достаточно подробная топографическая карта предместий Абберании, разыскала и показала на небольшое ветхое поместье старого бездетного графа, проживавшего постоянно здесь из-за плохого состояния здоровья. Дополнительно сообщила, что остальные мужчины семейства фон Лабор покинули королевство, а баронессы засели в своих поместьях под постоянным наблюдением.
Внимательно выслушав доклад агента, герцог велел:
— Снимайте осаду в публичном доме, пусть ребята прощупают поместье и зашлют туда нескольких агентов. — Потом он показал на карте. — Тут, тут и тут нужно поставить основной дозор, пусть не вмешиваются в разборки, они просто наблюдающие, и сразу же шлют сведения, если что-то там нечисто. И пришлите мне кого-нибудь из капитанов. Вам огромное спасибо за помощь, премия, разумеется, будет. — Женщина в нерешительности замерла, герцог насторожился. — Вы сказали мне не все, агент?
Она мотнула головой, точно отгоняя нерешительность, и твердо сообщила:
— Я ни в коем случае не лезу в Вашу личную жизнь, Ваша Светлость, но хотела бы доложить кое-что о баронессе де ла Барр. — Герцог застыл, что еще решила подкинуть ему Изабелль. — Точнее о ее родственниках.
Герцог выдохнул, хвала богам, что его суженая здесь пока ничем не отличилась.
— Говорите, что знаете, — сказал он спокойным голосом.
— Один из клиентов Киретты, ночной бабочки госпожи Клоди, как-то пришел пьяный, долго мучил девушку, не сумев так и произвести действо, хвастливо заявил, что скоро его обобранная его папашей кузина распрощается с последними штанами, так как ей будет предъявлен еще больший долг, чем был.
У Арвиаля заходили желваки и руки сжались в кулаки: твари поганые обобрали девчонку до нитки и еще собираются что-то устроить, надо сообщить Вивирелю, пусть накатает на них полный обвинительный акт, чтобы не только денег лишились, а дворянства, и все их потомство тоже. Эмоции меняясь внутри, но герцог ничего не высказал агенту, только спросил ровным голосом:
— Это все? — Женщина немного скривилась, но тут же поправила выражение лица:
— Ваша Светлость, разрешите мне не возвращаться к бумажной работе в архив, я хотела бы постоянно работать среди сотрудников разведки.
