— Я знаю, что мой ребенок, как и ты, моя. Сомневаться меня научила жизнь, которая сталкивала с продажными женщинами, вороватыми вельможами, подлыми сотрудниками. Когда встретил Сесиль, тоже не поверил своим чувствам, оттолкнул ее, и в итоге она нашла свое счастье в объятиях другого. Тогда я принял это за предательство. Вот прошло некоторое время, появляешься ты. Как тяжело верить, что ты сама искренность и чистота, ведь меня постоянно окружали женщины, подобные графине де Лордэ, которым был нужен мой статус, деньги, власть. Я постоянно боролся с самим собой, душа свое недоверие в себе, а пока пытался разобраться в очередной раз в себе, чуть не потерял тебя.
Вот и что мне делать, когда я услышала это признание? Я глухо сказала:
— Это вовсе не извиняет твоих проступков, Ален. Ты постоянно вытирал ноги об меня и мое мнение, затаптывая своим самомнением. Что мне сейчас от твоего признания? Думаешь легче? Каждый раз, когда я открывалась тебе, что получала в ответ? Плевок в душу!
— Что же ты хочешь? — тихо спросил Арвиаль.
— Я хорошо понимаю, что дочь из-за моей гордости может стать бастардом и не будет принята в высоких домах, поэтому предлагаю тайно венчаться и разъехаться по своим домам.
— Венчаться согласен, разъехаться нет, даже не проси.
— Ален, мне нужно время подумать и простить тебя. Если ты меня уважаешь, сделаешь так, как я прошу.
— Белль, — простонал он, — это жестоко.
— С тобой по-другому нельзя. Нам долго ехать?
— Около двух часов еще.
— Хорошо, пока подумай, где мы можем быстро обвенчаться.
— Есть одно место.
После мы просто ехали молча. Герцог сидел, обняв меня, но больше не задавал никаких вопросов, наверное, чтобы я не устроила еще большее наказание. Прямо чудо какое-то, а не Арвиаль — не возмущается, не злится, не кидается обвинениями.
Когда кареты въехали в город, наш кортеж остановился по приказу герцога. Арвиаль вышел из кареты, раздал указания, потом вновь сел в экипаж, но на противоположном сиденье. Послышался топот, я выглянула в окно кареты: охрана и арестованные отправлялись дальше. Повернулась к герцогу.
— Куда тебя отвезти, точнее, куда ты поедешь — в наш дом или к Арлийским?
— В Ваш дом, Вы хотели сказать? Нет, Ваша Светлость, сейчас мы едем в Храм венчаться.
Арвиаль был ошеломлен настолько, что даже переспросил:
— Прямо сейчас? — я ему кивнула. Его удивление было столь большим, что он даже перешел на «Вы». — Вам не понадобиться покупать дорогое платье, драгоценности, приглашать гостей? — Усмехнулась, а еще кто-то говорил, что я наивна:
— Ваша Светлость, напоминаю, что у меня срок беременности больше двух месяцев. Официальная свадьба с публичным венчанием может состояться только после объявления на королевском балу или публичном мероприятии в присутствии короля, и только после объявления помолвки. Последнюю Вы проигнорировали. Так вы собираетесь вести меня под венец на пятом или шестом месяце беременности?
Он с досадой покачал головой:
— Да понимаю я все! Я о том, что все девушки хотят красивое свадебное платье, венчание и кучу гостей…
Я перебила, едко заметив:
— Вашими стараниями я уже не девушка, а публичное венчание мне не в руку. Если в рождение семимесячного ребенка могут поверить, то в пяти- или четырехмесячного никто не поверит. И я забочусь не только о своей репутации, а о дочери.
— И с чего Вы взяли, что родиться девочка?
— Лия сказала, а Айлин подтвердила. — Герцог схватился за голову, что-то бормоча о странностях беременности. Да и фиг с ним! — Ну, так что же?
Герцог решительно стукнул в стенку кареты:
— Домой, — потом обратился ко мне. — Сейчас мы поедим, тебе это необходимо, приведем себя в порядок, а тем временем подготовят Храм для венчания, я передам записку. У Вас будут какие-нибудь особые пожелания? — Я пожала плечами:
— Обручальные кольца должны быть из желтого или розового золота простые ободки без гравировки, узоров, камней, просто гладкие, а снаружи чуть выпукло-покатые кольца. У меня на родине именно такими венчаются. — Арвиаль согласно качнул головой. Я не стала ему говорить, что собираюсь покинуть его завтра утром, хотя честно предупредила, когда ехали по дороге в Абберанию.
Потом все закружилось с бешеной скоростью. Арвиаль написал записки портным, чтобы они приехали с готовым платьем для меня, жрецу в древний Храм, заказал кольца ювелиру, мастеров по наведению красоты. После плотного позднего обеда, точнее полдника, нами занялись мастера, а мной прибывший королевский портной, который привез мне несколько готовых платьев. Я выбрала пару: бордовое, бархатное, с лифом, расшитым бронзовыми нитями и для венчания золотисто-бежевое из атласа с шифоновым покрытием, расшитым жемчугом. Портной был удивлен, а может и недоволен моим скромным выбором, потому как я отказалась брать дорогие платья, расшитые драгоценными камнями и золотом. Выбранные платья меня устраивали и ценой, и качеством, и, что немаловажно, размером. Тут же взяла специальную накидку на голову, которую местные девушки надевают при венчании, по-нашему — фату. Затем меня подхватили мастера по маникюру, педикюру и куафер.
