— Я не буду долго отнимать Ваше время, Ален, мне просто необходимо Вас понять, точнее Ваши поступки и отношение к графине, — заметив морщину, прорезавшую лоб сына, она поспешно добавила. — Нет, ни в коем случае, не собираюсь вмешиваться в Вашу личную жизнь, однако Ваши поступки показывают на полное безразличие к девочке. К отношениям Вас никто не собирается принуждать, но нельзя же так поступать, — мягко упрекнула она, — девочка от Вас без ума, а Вы — то приглашаете, обещая ей, то отталкиваете. Узнав новость о грядущем событии, я смогла ее отвлечь и увлечь, и сейчас уезжаю вместе с ней, а когда вернемся, Вы должны поставить точку: или остаетесь с графиней и оформляете ваши отношения, или расстаетесь. — Герцогиня поднялась с кресла и вслед за ней поднялся Арвиаль, все это время молчавший. — Решайте, Ален, осторожно и взвешенно.
С этими словами герцогиня де Шанталь вышла из кабинета, сопровождаеваемая сыном, нежно попрощалась с ним, он на прощание поцеловал руки матери и графини, подсаживая их в карету, и стоял, пока карета не скрылась за поворотом. Потом вернулся в кабинет, налил бренди и, усевшись в кресло, задумался.
Мать буквально поставила ему ультиматум, но герцог понимал, что по-другому его выбор может продолжиться до глубокой старости. Так просто и одновременно так тяжело. Сделал глоток обжигающего горло алкоголя, потом еще один. Графиня… Арвиаль представил себе Софолию, и перед ним возник ее образ. Она умна, молода, красива, покорна, ей легко будет управлять, в обществе будет блистать, оттеняя его, достаточно сурового мужчину, дает ему дополнительные связи и хорошее приданое, впрочем последнее его интересует меньше всего. Что его останавливает, что мешает жениться на графине де Лордэ? Она сможет стать женой, продолжательницей рода, но не подругой, которая будет идти рука об руку, прикроет спину.
Тут он усмехнулся, прикроет спину лишь такая, как баронесса де ла Барр. Покачал головой, вспоминая ее и нападение в лесу, еще глотнул бренди, симпатичная, смелая, сариан, она станет подругой и всегда прикроет спину, только с графиней он всегда может контролировать ситуацию, а Изабелль его накрывало так, что каждый раз ему стоило больших трудов сохранять разум. Вот, что его беспокоило — баронесса стала занимать много места в его жизни, с ней он не мог контролировать свои желания и эмоции, а ему, как главному в сыске при вице-короле, нельзя терять контроль ни на минуту, нельзя показывать свое слабое место, иначе им можно будет манипулировать, а это чревато проблемами общекоролевской безопасности.
Он допил бренди и отставил стакан. Решено: буду максимально, насколько возможно, ограничивать общение с баронессой, и посмотреть, что из этого выйдет, а пока не отказывать Софолие в праве называться его невестой. Завтра первый суд, посмотрим, что из этого выйдет.
Утром, как и обещал баронессе, он ожидал ее у ворот особняка Арлийских, подсадил, помогая залезть в карету, и все дорогу баронесса рассматривала его, может, она по чье-то наводке решила его соблазнить или скомпрометировать, тех же баронов, один вроде бы желал вступить с ней в брачный союз. Ведь любовником легко управлять, особенно влюбленным, или ищет способ решить свои денежные проблемы и подняться по социальной лестнице вверх за счет мужа.
Разные мысли мелькали у него в голове, хотя внешне они никак не проявлялись, а когда карета остановилась, ему пришлось просить помощи у патруля, чтобы его единственного свидетеля кто-нибудь не убил. Удивительно выступление на суде, ему хотелось смеяться, когда защитники обвиняемых, думая, что раз перед ними женщина, то это что-то вроде вареного овоща, а баронесса высказалась так, что судья выдал строгий приговор. Арвиалю было приятно, что баронесс смогла поставить на место защиту, практически увеличив шансы обвинения. Только в его отношении к ней ничего не поменялось.
До следующих слушаний Арвиаль закопался в бумаги, запрещая себе даже думать в сторону баронессы. Но сегодня Арлийский рассказывал, смеясь:
— Баронесса напрочь вышибла мозги у нашего Маэля, он после знакомства с ней ходит сам не свой. Жан Рен сказал, что большую часть клиентов наш граф скинул на него, а сам срочно приводит в порядок дом и бегает с ее бумагами.
Арвиаль помрачнел: его предположения, что баронесса просто ищет богатого мужа, способного решить ее проблемы, подтверждалось. «Ей все равно, кто будет возле нее спать, лишь бы был богат и способен решить проблемы», — с неожиданной злостью подумал он.
— Что ж, ему не стоит затягивать с предложением, раз возникло такое притяжение.
— Так у нее траур по графине де Дриар, и на все его приглашения баронесса дает отказ, — Арвиаль отчего-то облегченно выдохнул. Что за ерунда с ним творится?
