Да, говорят, семьдесят сортов яблонь плюс особенный микроклимат делают эти яблоки «вкуснейшими в мире».
– Белый Бом…
Белый Бом – это отвесная скала из белого известняка, на участке дороги между сёлами Иодро и Чибит. Справа тракт прижимает к скале река Чуя. Это место раньше считалось самым опасным участком Чуйского торгового пути: здесь не могли разъехаться даже две встречные вьючные лошади, не говоря уже о телегах. Путник оставлял лошадей, проходил опасный участок пешком и бросал на тропу шапку, как знак возможным встречным людям, что дорога занята, – аналог светофора.
– Село Чибит и Шавлинские озёра… – продолжает Владимир Петрович. – Посёлок Акташ, откуда идёт развилка на Телецкое озеро. Акташская ГЭС, заброшенная, недостроенная. «Младший брат Байкала» – Телецкое озеро, в которое впадает река Чулышман: там тёплая, чистая вода. Улаганский район, где много озёр. Спуск через село Курай к ущелью горы Актру… – тут Владимир Петрович останавливается. – Мы туда часто ходим…
Актру, как выясняется, – основной центр альпинизма.
– Верблюды и казахи в районе села Ташанта… – говорит он, ставя ударение на последнюю «а» в слове «Ташанта».
Быстро, криво пишу в блокнотике новые и новые названия, в итоге карандашный грифель с хрустом ломается.
– Перед перевалом Тёплый Ключ Джумалинские термальные радоновые источники Кош-Агачского района. «Зона покоя Укок» – сразу за ними… – Владимир Петрович перечисляет медленно, а я едва успеваю записывать, придерживая сломанный грифель карандаша пальцами.
Природный парк Укок получил свою известность из-за найденной во время раскопок мумии древней женщины – «Укокской принцессы». К крайнему недовольству большинства алтайского населения обнаруженную Принцессу увезли в музей. Коренные жители называют её Белая Госпожа и считают хранительницей покоя, которая стояла на страже врат подземного мира, не допуская проникновения Зла из низших миров.
После перемещения Принцессы случилось землетрясение, потом наводнение, а потом и неожиданно сильный град. О прошлогоднем наводнении, когда уровень воды поднялся на восемь метров, можно судить и сейчас, глядя на деревья, растущие вдоль берега на этой высоте, на ветках которых до сих пор висит сухая трава, ветки и мусор, принесённые тогда рекой. А град был вообще ужасный: сверху летели ледяные градины размером с теннисный мяч. Стёкла в домах, машины, деревья, – всё было побито.
К слову сказать, на стене одной автобусной остановки во время путешествия я даже заметила листовку, призывающую захоронить Принцессу обратно. Ну и политика тут замешана, как говорят: каждые предвыборные компании пестрят обещаниями вернуть Принцессу на место. С другой стороны, очевидно, что если это сделать, то захоронение тут же будет раскопано и разворовано.
Отдельные исследователи считают, что найденная мумия – это мужчина, но сути это не меняет.
– Гора Белуха… У её подножия Аккемское озеро на голубой глине, – продолжает пояснять Владимир Петрович. – Тюнгур… Здесь сплав по рекам Кучерла и Аккем. – И возвращается пальцем на Чуйский тракт: – Усть-Кан… Усть-Кокса… Тут до Барнаула ходят автобусы. Про Усть-Коксу рассказывали, как один мужик полез в погреб за банкой огурцов и пропал, а через шесть лет вернулся домой через дверь…
Кучерла и Аккем – это притоки Катуни. Что касается мужика… Ещё неизвестно, что пили свидетели… Потом я рассказывала эту историю местному жителю, и он, усмехнувшись, заметил, что туристы любят верить во всякую всячину, а вот реально происходящие удивительные вещи не принимают всерьёз.
Меж тем, Владимир Петрович продолжает, а я уже давно ничего не пишу, потому что количество перечисленного вгоняет меня в ужас перед возможным выбором: всё посмотреть явно не удастся. К тому же я еду к яку.
– Сейчас фотографии покажу, – говорит в это время Владимир Петрович, и это окончательно добивает мою нежную психику.
С головой и ноздрями я погружаюсь в мир скалолазов в его ноутбуке. На фотографиях изображены люди, и все они сумасшедшие, – специально съезжаются вместе, причём туда, где и летом лежит снег, надевают на себя кучу одежды, тяжелейший рюкзак, кучу карабинов, огромную обувь с «кошками» и, как заворожённые, лезут в горы.
– Почему же вы это делаете? – в наивной надежде хочу услышать ответ и желательно в двух словах и доступной форме.
Владимир Петрович задумывается и отвечает весьма неубедительно:
– Много факторов. Природа там красивая.
– И всё?
Если очень холодно, то природа меня отнюдь не впечатляет.
– …Особый контингент людей, общение с ними. Плюс разрешение каких-то внутренних конфликтов.
