Расплачиваюсь, после чего он сразу веселеет и становится кладезем полезной информации. Мы стоим рядом с газелью, на улице, и он спрашивает про мою жизнь.
– Муж есть?
– Нету, – отвечаю – об этом, не стесняясь, меня спрашивают все водители. Мне бы так научиться пытать каждого подходящего мужика…
– Сколько тебе лет? – задаёт он ещё один вопрос.
– Сорок два, – без запинки отвечаю я, хотя на самом деле мне двенадцать. С хвостиком.
– И что, замужем никогда не была? – интересуется он.
– Почему же, была, – сознаюсь я, опять же, как на духу.
– А-а-а… – понимающе тянет Астам и смотрит на меня умным чернявым взглядом. Похоже, здесь колдуны-целители чем-то сродни нашим цыганам.
– Мне очень хочется пообщаться с шаманами, – сознаюсь я, ибо побывать на Алтае и не прикоснуться к этому таинству было бы по меньшей мере обидно.
– Я сам шаман. И мать моя шаманка. Она на можжевельнике гадает, а я – так. Все болезни могу в человеке увидеть. Одна женщина обращалась, чтобы замуж выйти. Вышла. За программиста. Вроде живут. Так что могу привлечь супруга-то.
Я вытягиваю шею. Что? Что?! Даже не знаю, какая из возможностей поражает меня больше – видеть вот так запросто болезни или выйти замуж.
– А как бы мне… это… – говорю я бессвязно, потому что пребываю в глубоком культурном шоке.
Здесь и сейчас, похоже, передо мной стоит тот, кто может дать всё, ради чего я сюда ехала, и даже больше. Не яка, конечно. Но то, к чему ведёт меня мой як.
– Если бы ты была медик, мы могли бы дать тебе Дар лечить людей.
Дар лечить людей. Дар. Лечить. Людей.
– А животных?
– Нет. И только если бы ты была медиком.
К ногам подбегает чей-то коротконогий пёсик. Я умоляюще говорю:
– Астам! Я бы хотела лечить вот этих, – и указываю на бодрую собачонку.
Однако, здесь считается, что животные призваны служить человеку, и Астам отрицательно качает головой. Нельзя. Нет.
Да почему, почему? Внутри меня начинается хаотичное броуновское движение. Я хочу, так хочу… почему же нет? Я хочу лечить животных вот так, на более глубинном уровне, глубже тех знаний, которые у меня уже есть. Это – дорога, куда можно развиваться. Чем собаки хуже человека? Они лучше, в разы лучше…
Небо над головой уже давно чёрно-синего цвета из-за нависших мощных облаков. Ветра нет, наоборот, всё затихло как будто в ожидании, и вот-вот, кажется, пойдёт дождь.
– Замуж тебя можно выдать, – окончательно добивает меня Астам, говоря об этом как о чём-то лёгком и простом.
Невероятно! Просто невероятно то, что я слышу за эти пять минут. Антон терпеливо ждёт, слушая наш диалог. Ему это неинтересно, потому что он не верит.
Это то направление, куда можно расти, я это чувствую и вот стою сейчас, едва ли не вцепившись в Астама обеими руками. Меня даже не прельщает так сильно замужество, ведь понятно, что это мои «головные» заморочки. Но возможность заиметь такой Дар…
Астам между делом говорит, что его мама-шаманка в прошлом тоже была ветеринарным врачом. Может, мы договоримся? Разве животные не имеют права на излечение?
– К-к-когда? – это, кажется, единственное слово, что могу сейчас выдавить из себя, сильно заикаясь от волнения.
– Сейчас нельзя, – остужает мой пыл Астам. – Луна должна быть растущая. Лучше всего на шестой день, так что с завтрашнего дня можно и считать.
Конечно, неделю мы тут не проживём, это однозначно, но можно будет вернуться.
– И ещё: мы уезжаем через четыре дня. Но скоро вернёмся. Звоните, – говорит Астам и диктует свой номер телефона.
Трясущимися пальцами и придерживая грифель сломанного карандаша, пишу его телефон в свой блокнотик.
– Деньги чтобы шли – тоже можно сделать, – говорит Астам, поворачиваясь к Антону, но тот стоит с безразличным видом и поглядывает на небо, которое чернеет с каждой минутой. – Люди из мегаполисов сюда приезжают, все в негативе. Они тут очищаются, потом возвращаются обратно, и на чистое место деньги рекой текут.
Подозреваю, что поход к алтайским целителям тоже стоит денег. Вот бы они сначала натекли, а потом бы я сходила. Интересно, сколько надо… Коня-то у меня нет. И ещё мне кажется немного странным тот факт, что Астам – шаман, а столько вопросов задавал. Наверное, они должны видеть это всё так, без вопросов, но, может, я ошибаюсь? Его желание заработать на нас денег очевидно, что не отменяет моего желания пообщаться и прочувствовать магию шаманства.
Пора идти. Прячу блокнот в карман. Прощаемся.
Астам немигающим проницательным взглядом поочерёдно смотрит то на меня, то на Антона и говорит:
– Вы можете остановиться на моей стоянке… Я там и ритуалы провожу.
– На стоянке? – переспрашиваю я. Переночевать в том месте, где шаманы проводят ритуалы, должно быть вообще мощно – это одновременно и страшно, и интересно, – то, что надо, короче.
– Да, это там, – говорит Астам и показывает в совершенно другом направлении от нашего пути.
Почему-то мы отказываемся – это совсем в другой стороне, и идти туда слишком долго. Лучше мы пойдём по дороге дальше.
– Ну как хотите, – так же размеренно и медленно говорит немигающий Астам, и это меня немного беспокоит. Он смотрит так внимательно, будто предвидит что-то.
