Дошик в очередной раз швырнула гайку, и голубые перышки завертелись в воздухе.
Пока девчонка справлялась – «сковородку» обошла аккуратно и «гриву» вовремя заметила. Первое время Гончар приглядывал за ней, а потом бдительность притупилась – не очень-то по сторонам головой повертишь, когда на тебе раненый.
Впереди мелькали ботинки Глории. Если приподнять голову, то становилась видна нижняя часть спины – но все интересное скрывала толстая куртка. Если еще выше поднять голову, то можно было наблюдать за черной косой, которая в такт шагам моталась по плечам. Мысли Олега тоже крутились подле психолога. Как она оказалась в группе? Что ее связывает с мутным Порфирием Петровичем?
С дерева с карканьем взлетела ворона, и Глория сбилась с шага. Метнулась в сторону, затравленно следя взглядом за птицей. Еще и эта ее странная фобия. Почему не избавится от нее? Что за сапожник без сапог? Не может сама, так наверняка есть знакомые специалисты…
Но постепенно из всех мыслей осталась только одна: не пора ли сделать привал?
То, что с Дашей происходит странное, Глория заметила на втором часу пути. Она замедлила шаг, поравнявшись с Олегом, шедшим последним.
– Кажется, с девочкой проблемы, – тихо сказала она.
Последние полчаса Гончар, как владимирский тяжеловоз на пашне, смотрел только под ноги, обходя камни и корни деревьев. Снег здесь совсем сошел, местность была ровной, деревья редкими, без густого подлеска, что не могло не радовать. Особенно воодушевляло, что хоть до центра Зоны оставалось недалеко, ловушки попадались нечасто. Вот только не бывает так в Зоне, чтобы все шло хорошо. Если сейчас все хорошо, то вскоре непременно всплывет какая-нибудь гадость.
– В чем дело? – коротко спросил он. Сил на долгие разговоры не оставалось.
– Не знаю, но она ведет себя необычно.
Дошик как раз бросила гайку. Подождала немного и зашагала дальше.
– Не вижу ничего необычного.
Да, вроде бы двигаться стали быстрее. Или просто дает себя знать переутомление? Может, Глория просто постеснялась попросить Дашу, чтобы та сбавила темп?
– Ты устала? – прямо спросил Олег.
– Нет, но… Впрочем, тебе виднее.
Значит, просто устала.
Но оказалось, что психолог была права. Дошик вдруг отбросила слегу и опрометью метнулась вперед.
– Да чтоб тебя!
Олег опустил волокуши на землю. Еще теплилась надежда, что девчонка просто заметила сверкнувший вдалеке артефакт, что ничего страшного не произошло, но опыт и интуиция настойчиво били в набат: «Не надейся, все плохо». Скинув рюкзак, Гончар побежал за девочкой. Усталость давала себя знать – он отставал, спина Дошик мелькала далеко впереди.
Остановилась она так же внезапно, как и бросилась бежать, а потом упала на колени. Спрашивать, в чем дело, нужды не было: Даша подползла к прозрачной лужице и застыла, вглядываясь в зеркальную белизну. В луже отражалось небо Зоны. По поверхности пробежала легкая рябь, и вместо белизны чистого листа пошла картинка.
Олег, стараясь не смотреть на лужу, прыжком оказался за спиной Даши. Подхватил девчушку под мышки, поставил на ноги. Преодолевая сопротивление, взвалил ее на плечо и бегом потащил обратно.
Дошик трепыхалась, пытаясь вырваться.
– Нельзя! – кричала она. – Там смерть! Не надо!.. Не ходи!
– Найди аптечку! – на бегу крикнул Олег Глории. – Быстро!
Чем больше они удалялись от лужи, тем сильнее вырывалась Даша. Изо всех сил колотила Олега по спине, извивалась, но он держал крепко. Уложил девушку на мох, удерживая ее руки. Даша попыталась вскочить, однако Олег вновь повалил ее на землю.
– Нашла? – рявкнул он, не оглядываясь. – Ампула пси-три, коричневая. Коли! В шею!
Дошик уже не кричала о смерти, она выла, мотая головой из стороны в сторону. На залитом слезами лице девушки был написан ужас. Шапка сбилась на лоб, растрепанные волосы прилипли к щекам.
– Даша, ты слышишь меня?! Что ты видела? – Гончар тряс ее за плечи.
– Я… Не могу… – Она захлебывалась слезами.
Глаза закатились, тело обмякло. Гончар влепил ей пощечину.
– Не молчи! Сейчас нельзя молчать! Говори!
– Смерть… Повсюду смерть…
– Говори!
– Вместо вокзала воронка. Глубокая. Все горит. Мост через железную дорогу разрушен… Упал прямо на электричку. Вагоны… Лежат на боку, придавленные плитами. На ТЭЦ взрыв… И на заправке тоже… Черный дым валит. У рынка целый квартал ушел под землю… Мой дом…
Даша замолчала.
От второй пощечины голова девушки дернулась, запрокидываясь назад.
– Что ты делаешь! – возмутилась Глория.
Она схватила Олега за руку и попыталась удержать.
– Не мешай! – рявкнул он, высвобождаясь.
Олег усадил Дашу на поваленный ствол дерева, присел перед ней на корточки и взял за руки, стараясь заглянуть в глаза.
– Рассказывай и ничего не бойся.
Глотая слезы, Даша рассказывала о пожарах, взрывах, разрушенных домах в Чите. Как метались, ища спасения, люди – те, кто почему-то не смог уехать. А потом в городе стало происходить непонятное – появились аномалии и мутации. Выговорившись, она вновь обмякла в руках Олега. Он сел рядом, приобняв ее за плечи.
