– Сколько на этот раз? – спрашивал бесцветный усталый голос в коридоре.
– Трое. Белянка и двое гоблинов, – ответил второй, более молодой. – Смотреть будешь?
– Успеется. Завтра займусь.
– Завтра так завтра. Только результата-то нет. Нет результата – нет и денег.
– Да ладно, кого ты лечишь. Небось, на белянку глянуть хочешь?
– Да ну тебя! – обиделся молодой. – Если смотреть не будешь, то на сегодня все. Новеньких на завтра оставим.
Шаги удалялись.
Стефан выглянул в коридор только после того, как за окном послышался удаляющийся шум мотора. На карачках подобрался к окну. «Шишиги» на месте не было.
О ком они говорили? Кого привез грузовик?
И вновь чувство самосохранения проиграло любопытству.
В конце коридора нашлась лестница в подвал, в темноту. Хорошо хоть фонарь на стене висел. С этим фонарем Стефан и начал спускаться вниз.
Темень, грязь, сырость и запах, как в том грузовике. Собственные шаги пугали и казались чужими.
Вдоль стены выстроились камеры с решетками. Первые три оказались пустыми. В четвертой в углу валялся ворох тряпья. Олег уже шагнул дальше, но тряпье вдруг зашевелилось, из него высунулась то ли лапа, то ли рука, пытаясь заслониться от света. В следующей камере сидел человек. Лицо и фигуру скрывал плащ с глубоким капюшоном.
– Эй, почему ты здесь? Что это за место?
Человек поднялся и подошел к решетке. Теперь стало ясно, что это вовсе не человек, а похожее на него существо. Тонкие белые пальцы схватились за прутья решетки, из-под капюшона сверкнули огромные нечеловеческие глаза.
Стефан отпрянул к стене.
– Отпусти. Дай нам уйти, – раздался у него в голове голос.
Страх вдруг исчез, и Стефан вернулся обратно. Дернул дверцу – заперто. Посветил фонарем ниже, где был замок.
– Я попробую найти ключ, – прошептал он и заметался по подвалу.
Ключ обнаружился там же, где висел фонарь.
Странные существа опрометью выскакивали из клеток и словно растворялись в сумраке. Лишь одно, в темном плаще, больше всего похожее на человека, задержалось на мгновение, и Стефан почувствовал его благодарность.
Заночевал он в лесу, подальше от жуткого барака. На следующий день добрался до границы Зоны, перелез через стену – тогда еще не так строго охраняли периметр – и свалился дома с простудой. Выздоровев, он вернулся в Зону, но никакого барака не нашел, как и ведущей к нему грунтовки.
– Он как-то объяснял произошедшее? – впервые за долгий рассказ задала вопрос Глория.
– Истончение реальности. Часть другого мира, параллельного, прорвалась в наш.
Глория на секунду задумалась. Ее глаза словно остекленели.
– Где-то есть мир, где Зона не возникла, а где-то, наоборот, она огромна. Где-то Зону берегут, ее изучают, а где-то с ней борются. Где-то Зона населена жуткими монстрами, враждующими с людьми, и люди проигрывают в этой борьбе. Где-то она преобразует все живое по своему усмотрению, люди там перерождаются в нечто иное. А где-то люди сами создают монстров, экспериментируя с возможностями Зоны, а потом уничтожают результат своих экспериментов.
Глория моргнула и стала обычной.
– А ты что думаешь? – спросила она.
Олег поморщился.
– Стефан тогда сильно простыл, осень уже была, дожди, еще и по болоту блуждал долго, – сказал он нехотя. – Выгребался долго, лекарства с коньяком мешал. Рассказывал, что соображал уже туго, так что все увиденное вполне могло оказаться бредом, мороком.
Глория поднялась.
– Пойду посмотрю, как там твой друг.
Она подошла к волокушам. Нагнулась, проверить пульс.
– Скончался, – тихо сказала она, вернувшись.
Олег аккуратно отстранил Дашу. Не открывая глаз, Дошик пробормотала: «Не нужно больше мороженого» – и попыталась свалиться с бревна. Глория удержала ее от падения.
Тело Левана Гончар заложил камнями возле невысокого останца – место приметное, потом не трудно будет найти. Хотя станет ли кто искать? Умер в Зоне – считай, нет могилы. Никто не придет положить цветы. Могила Стефана у метеостанции – исключение. Сейчас он испытывал к Левану только жалость. Подумал, что нужно бы поставить крест, но не решился. Выдрал из волокуш жердь и воткнул в груду камней вместо креста.
Пока он возился, Дошик проснулась и теперь пила из фляжки воду.
– Сейчас допью и пойдем, – объявила она. – А что со мной было? А то она не хочет рассказывать!
«Она» – это Глория, догадался Олег.
– Психичка с тобой случилась, – ответил он. – Вырубило на час, но обошлось без последствий. Как сейчас себя чувствуешь?
– Норм.
– А ты? – Гончар повернулся к Глории. Он вдруг вспомнил, что с тех пор, как ушли от обоо, он так ни разу и не поинтересовался ее самочувствием. – Может, обезбол или стимулятор вколоть?
– Спасибо, не нужно, я умею контролировать боль. Выдвигаемся, и так много времени потеряли.
– Теперь ты тут командуешь? – мгновенно ощетинилась Даша.
– Раз дерзишь – значит, действительно в порядке, – усмехнулась психолог, поднимаясь.
Гончар закинул на плечи рюкзак, готовясь отправиться дальше, но выстрелы, прорезавшие тишину леса, заставили его остановиться.
Шилов, чтоб его! Но почему так близко? Они должны были уйти далеко вперед.
Застрекотала в ответ автоматная очередь.
