Гончар схватил Глорию за руку и потянул за собой, но она взглянула наверх, на небо, и сжалась в комок.
– Быстрее! – торопил Олег, однако Глория не двигалась. Только и сумела выдавить:
– Стервятник…
Над их головами действительно кружил гигантский силуэт птицы с червонно-красной грудью. Издав требовательный свист, бородач в несколько взмахов крыльев оказался подле большого, вытянутого вверх камня, похожего на менгир, опустился на его вершину и вновь призывно крикнул.
Олег вспомнил: молитвенный камень Шулуун Маани кольцом окружали остатки древней кладки – такой же, как та, что отделяла Мертвые земли от обычного леса, а у подножия камня росли пучки прошлогодней травы. Значит, там безопасно, там можно укрыться хотя бы на время.
Стервятник раскрыл клюв и нетерпеливо засвистел, словно поторапливая Олега.
С оградой они поравнялись, когда туман достиг уровня груди. Едва Олег перешагнул через остатки кладки, как туман мгновенно рассеялся – посреди Мертвого леса действительно находился защищенный островок. Казалось, уже можно выдохнуть, но беглецов поджидала новая напасть: бородач расправил крылья, вытянул шею и возмущенно засвистел-замяукал на Глорию, а потом и вовсе сорвался в ее сторону.
– Но-но! – Олег заслонил собой женщину, однако стервятник успел задеть ее когтями.
Глория вскрикнула и закрыла руками лицо.
Бородач взмыл вверх, сделал круг над менгиром, обиженно вереща, словно выговаривая Олегу, а потом исчез.
– Он поранил тебя? Давай посмотрю.
По щеке Глории стекала кровь.
– Все-таки цапнул, говнюк, – выругался Олег. – А я думал, он за нас.
– Он за тебя, – поморщилась Глория и резко дернулась, когда Олег попробовал стереть кровь. – Оставь. Просто царапина.
– Нужно обработать, еще занесет заразу, он же падаль жрет.
Гончар достал из аптечки флакон, протер царапину – действительно ничего серьезного. Только рядом с сегодняшней царапиной едва белел точно такой же старый шрам, как будто зацепили тем же когтем, но много лет назад. Так вот почему она боится птиц!
Глория устало опустилась прямо на землю, привалившись спиной к менгиру. Олег сел рядом, чувствуя, как ноют от долгой ходьбы ноги, как онемели плечи, как наваливается усталость. Хотелось разуться и лечь. Но нельзя, скоро стемнеет.
Пятнадцать минут, не больше, сказал он себе, засекая время.
На разговоры не осталось сил, как не осталось сил осмотреть рану Глории. Впрочем, она не ребенок, сама разберется. Он просто прикрыл глаза, дав себе установку проснуться через пятнадцать минут.
Его разбудила Глория, когда прошло полчаса.
– Кажется, начинает темнеть, – неуверенно сказала она, подняв глаза к начавшему сереть небу. – Наверное, нужно идти.
– Да, нужно. Как ты?
– Нормально.
Рюкзак, когда Олег надевал его на плечи, казался потяжелевшим вдвое.
– Видишь сухое дерево со сломанной вершиной? – Он махнул рукой в нужном направлении. – Там есть проход… Вернее, лаз в скале. Идем быстро. Если Зона не преподнесет сюрприз, окажемся за границей Мертвого леса через полчаса.
Однако без сюрпризов не обошлось. И опять Мертвый лес выбрал мишенью Олега.
Уже через десять минут появилась слабость в коленях. Потом хуже – начала неметь левая рука. Олег украдкой посмотрел на Глорию – шагает нормально, не жалуется. Значит, опять воздействие идет только на него. Нужно терпеть. Осталось совсем чуть-чуть. Они почти добрались до скальной гряды – природной границы Мертвого леса. Ее оплавленные вершины казались совсем близко.
А если считать шаги? Поможет?
Один, два, три, четыре…
…двенадцать, тринадцать…
– Дьявол!
Ноги подкосились. Олег запнулся и упал, едва успев отвернуть лицо, а то пропахал бы мордой щебенку.
– Ты в порядке? – Глория наклонилась к нему. – Помочь?
Собрав последние силы в кулак, он схватился за ее руку. Сделал несколько неуверенных шагов. Остановился, чувствуя, как предательски дрожат колени. Попробовал переставить ноги и понял: на этом все. Дальше двинуться он не сможет. Хорошо, Глория вовремя удержала его, не то бы рухнул навзничь.
Дерево со сломанной вершиной расплылось перед глазами в мутное пятно. Мысли судорожно метались. Очередное пси-воздействие Зоны? На этот раз совсем серьезно. Ощущение, будто из тебя выкачивают не только силы, но и саму жизнь. Вспомнилось, как о существовании подобной аномалии судачили в баре у Живчика. Ей даже название не дали – считали фантазией тех, кому посчастливилось выжить. Вернее, тех, на кого она почему-то не подействовала. Почему, кстати, Мертвый лес ополчился на него и не трогает Глорию? «Зато бородач помогает только тебе», – подсказала память.
Так. Идти он не может, даже с помощью Глории. Оставаться здесь тоже нельзя, здесь он умрет. Какой выход? А никакого.
– Где этот лаз? Куда мы должны выйти? – прервал горькие мысли голос Глории.
– Прямо за деревом… расщелина… отсюда не видно. Только я не дойду.
Язык ворочался с трудом. Олег тюком рухнул на камень.
– Это мы еще посмотрим, – прозвучало рядом, а затем лицо Глории приблизилось. Ее глаза оказались совсем рядом, черные зрачки притягивали к себе. «Какие они огромные!» – успел подумать он, прежде чем отключиться.
