Во вторник 4 августа 1936 года, на следующий день после победы Джесси Оуэнса в беге на стометровой дистанции среди мужчин – главном соревновании атлетов на летних Олимпийских играх в Берлине, таинственный Geisterreporter («Журналист-призрак», как он себя именовал) провел на фешенебельной Унтер-ден-Линден весьма необычную акцию. У подножья одной из знаменитых лип он поставил металлическую клетку в стиле ар-деко, в которой сидела крупная говорящая ворона. Сидела не просто так, а выполняя важное поручение (врановые легко поддаются дрессировке; специалисты по поведению животных утверждают, что по своему интеллекту эти птицы достигают уровня пятилетнего ребенка). В старину вороны считались спутницами колдунов и магов, но нынешняя сменила амплуа и развлекала публику, «работая» зазывалой. Она каркала вполне человеческим голосом, собирая вокруг себя зевак. Те с улыбками останавливались возле клетки, чуть наклонялись и, протянув руку, брали из пачки листок с отпечатанным на обеих сторонах текстом, озаглавленным
Перед клеткой с вороной стояла табличка с крупно выведенным словом «Бесплатно», приглашающая посетителей подходить поближе. Стоило кому-то из них заколебаться, ворона встряхивала своими темными крыльями и, вперив в сомневающегося укоризненный взгляд, громко провозглашала:
– Чего ждешь? Бери, не стесняйся!
Эту реплику она повторяла снова и снова: похоже, других слов и выражений птица не знала.
Лицевую сторону листовки украшал портрет Джесси Оуэнса. Спортсмен улыбался. На обороте был напечатан текст под интригующим заголовком:
«У меня есть мечта».
Генрих Вольф, высокопоставленный офицер, которому было поручено расследовать это дело, именовал содержимое листовки «подрывной антигерманской пропагандой». Йозеф Геббельс требовал от него как можно скорее вычислить и обнаружить автора-преступника. Незамедлительно.
Чтобы составить собственное суждение об этой листовке, предлагаем читателю ознакомиться с ее полным текстом.
Минувшей зимой, в самом начале олимпийского года, мне приснился сон. Мне снилось, что чернокожий американец Джесси Оуэнс триумфально победил на летних Олимпийских играх в Берлине, а Адольф Гитлер с треском их проиграл. Я тогда подумал, что это вещий сон. И я не ошибся. Артемидор Эфесский, автор знаменитого трактата об истолковании снов, со мной согласился бы. Этот древний грек занимался божественным искусством, пытаясь открыть людям то, что насмешливые боги всячески от них скрывали, – их будущее. Вчера, в понедельник 3 августа, Джесси победил в беге на сто метров. Но эта победа, взорвавшая Олимпийский стадион в Берлине, – только начало. Несмотря на то, что Германия собрала неплохой урожай медалей, канцлер рейха Адольф Гитлер воспринял триумф скромного парня из Алабамы как насмешку над своей расовой теорией. Афроамериканец – младший из одиннадцати детей в семье, чьи предки рабски трудились на хлопковых плантациях. Он рос тщедушным и хилым коротышкой, пока благодаря спорту не окреп и не обрел фигуру античного героя. Правда, с кожей цвета черного дерева. Он станет несомненным чемпионом нынешней Олимпиады, а затем продолжит свое триумфальное шествие от победы к победе, от рекорда к рекорду. За несколько дней он превратился в любимца журналистов и зрителей.
Внизу страницы имелась красноречивая приписка: «Не пропустите следующий выпуск! Мы приготовили для вас сюрприз. До новой встречи под липами на этой прекрасной улице!»
Значит, «Журналист-призрак» не собирался останавливаться.
Вольф немедленно заказал у специалистов по лингвистике, работавших в разведке, языковую, филологическую и семантическую экспертизу. Сделанный ими вывод звучал категорично: судя по ярким «лексическим особенностям», автором статьи «У меня есть мечта» может быть только Андреас Купплер. Его узнаваемый «почерк» был виден во всем: разумеется, в богатстве стиля, но также в ритмике и музыкальности каждой фразы. Генрих Вольф уже в который раз взял в руки то, что с полным основанием называл «листовкой». Перечитал текст вслух, стараясь проникнуть в его тайну, в его скрытые, если не зашифрованные, смыслы, отделить поэзию от прозы. Только один спортивный журналист был способен с успехом двигаться по этой узкой тропке на вершине скалы, не рискуя свалиться в напыщенность или, хуже того, показаться посмешищем. Одно-единственное перо обладало талантом, позволяющим ему противопоставить себя модели американской журналистики, помешанной на «голых фактах». Поэтичность, прямое обращение к читателю как к стороннику, сдержанный лиризм, отсутствие пафоса… Подпись под текстом была излишней; Генрих Вольф узнал бы эту руку из тысячи. Так умел писать только Андреас Купплер. Отчет экспертов лишь подтвердил то, о чем он и без того догадался.