— Я знаю, что ты хочешь сказать. Что ты не дашь мне ни франка. Это единственное, что ты хотела мне сказать?
Жюли молча подняла бровь и несколько мгновений смотрела на сестру.
— Нет, — наконец произнесла она. — Я хочу, так и быть, одолжить тебе денег, чтобы ты могла купить для Моник хоть что-нибудь приличное.
— Поистине королевская щедрость, — прошептала Ида, заходя в кабинет и подходя к столу. Деньги сейчас были не лишними, но ей почему то сейчас вспомнилось то, что Моник и Жюли всегда ладили друг с другом лучше. Маркиза Лондор лишь гордо поджала губы и вздернула подбородок в ответ на ироничную фразу сестры.
— Хорошо. Рада, что ты наконец-то поняла, что я несколько стеснена в средствах, — язвительно продолжила Ида, с насмешкой глядя на сестру. Стены её неприкосновенной обители придавали уверенности. — Я буду весьма признательна за помощь, так как поседение мои деньги ушли на туфли к Рождественскому балу.
— Все хуже, чем я думала, — не менее язвительно протянула Жюли и положила на стол перед сестрой несколько банкнот, видимо, заранее ею приготовленных для этого случая. — Надеюсь, ты не поскупишься в этот раз.
Проговорив последние слова, маркиза Лондор повернулась и направилась к двери. Уже почти на пороге её догнал негромкий голос Иды:
— Герцог де Дюран — последний человек, за состоянием которого я стала бы гоняться. Я слишком эгоистична, что бы отдать себя человеку, наибольшая любовь которого — он сам.
Эти слова прозвучали, возможно, излишне холодно, для того чтобы Жюли поверила в них. В конце концов, кто из девушек в округе не начал мечтать об этом человеке, стоило ему только появиться в обществе? А уж учитывая мелочность средней Воле не оставалось сомнений, что это не более, чем притворство. Оглядев, с ног до головы, сестру придирчивым взглядом, словно желая таким образом узнать все её тайны, Жюли вышла, плотно прикрыв за собой дверь кабинета, так и не подтвердив, но и не опровергнув свои предположения.
========== Глава 17 ==========
Было двадцать пятое января. Погода снова начинала улучшаться, но, наверняка, опять ненадолго. Эдмон быстро спускался по лестнице, застегивая на ходу сюртук и приглаживая волосы. По уже установившейся традиции он собирался прогуляться до “своего” холма, надеясь, что какой-нибудь очередной влюбленной барышне не придёт в голову искать его там.
Внизу, в холле, слегка отдаваясь эхом, раздался голос дворецкого, который кому-то очень настойчиво и вежливо что-то объяснял. Интуиция шепнула герцогу, что лучше бы помедлить и послушать разговор, но Эдмон, как всегда, отмахнулся от этой мысли. Его дворецкий часто выговаривал слуг, и этот голос можно было услышать почти в любом уголке «Терры Нуары». Скользнув взглядом по холлу Дюран пошатнулся и замер на середине лестницы, уцепившись рукой за перила, увидев того, с кем говорил его слуга.
— Господин Дюран! — Лоран широко улыбнулся и Эдмона передернуло от этой улыбки. — А ваш дворецкий сказал мне, что вас нет дома.
— Я собирался уходить, — холодно ответил Эдмон, медленно спускаясь вниз, гордо оглядывая нежданного гостя, и проклиная свое умение появляться где-либо, даже в собственном холле, не вовремя. — Хотел немного прогуляться по округе.
— Полагаю, вы не откажите мне в удовольствии составить вам компанию? — Лоран был похож на кота, который кружил вокруг умирающей добычи, постепенно сужая круги и облизываясь. Первым решением Эдмона было отказаться. Вторым: придумать какую-нибудь отговорку. «Черт побери, Дюран, возьми себя в руки!» — со злобой подумал Эдмон, сжимая зубы, и остановился на третьем решении.
— Ну что ж, если вам угодно, — произнёс он, беря пальто из рук дворецкого и быстро облачаясь в него, застегивая на все пуговицы. Андре Лоран тем временем с интересом и восхищением разглядывал огромный, величественный холл «Терры Нуары», которая не могла сравниться ни с одним поместьем в округе, затмевая всех своей мрачной красотой.
— Ваше жилище поистине достойно вас, герцог, — заметил он, выходя следом за Дюраном на улицу. — И ваш портрет, который на лестничной площадке, весьма удачен.
— Благодарю, — негромко отозвался Эдмон, уверенно идя вперед. — Его писал один из лучших художников.
Солнце косыми лучами падало на землю, заставляя снег искриться, словно россыпь мелких бриллиантов. Было достаточно тепло, легкий ветерок колыхал голые ветки деревьев, с которых при этом осыпался снег. Эдмон быстрым шагом, щурясь от слепящего солнца и отражавшего его снега, шел по тропе, которая вела на вершину холма. Лоран почти бежал следом, беспрестанно говоря что-то о красоте окружавшего их пейзажа.
— Куда вы так спешите, герцог? — спросил, наконец, он, задыхаясь от быстрой ходьбы.
— Я не привык ходить медленно, — сквозь зубы процедил Эдмон, даже не обернувшись на него. Он и сам уже порядком устал, но не собирался замедлять шаг даже на секунду.
— Но вы же даже не успеваете разглядеть красоту окружающего мира! — воскликнул Лоран и Эдмона передернуло от взгляда, который был направлен в его спину.
