Эрик же молча вышел и открыл капот, из-под которого начало дымить. Некоторое время он что-то внимательно рассматривал и копошился внутри.
— Приехали, — наконец сказал парень.
— Что значит — приехали? — не поняла растерявшаяся эльфийка.
— То и значит. Вылезай. Дальше пешком.
Хотелось ругаться. Вот же! Полный чистец! Даже амарон водить не умеет! Обидно было до слез.
Аманда нехотя покинула салон и, оказавшись под палящими полуденными лучами, осмотрелась по сторонам.
На многие километры вокруг под подернутым перистыми облаками небом простирались пестрые цветочные поля, обрамленные на горизонте темно-синими лентами гор. В горячем воздухе ощущались запахи полыни, мака, валерианы. Кое-где из травы выглядывали шляпки васильков и бело-розовые звезды горечавки.
Аманда слышала их приветливые голоса. Растения чувствовали присутствие эльфийки и тянулись к ней, склоняли разноцветные чашечки, внутри которых созревала пыльца, желая поделиться с девушкой своими тайнами — какой цветок можно сорвать прямо сейчас, чтобы его семена смогли разлететься как можно дальше, а какой лучше не трогать, какой полезный, а какой — ядовитый. Неужели это может прекратиться?
— Деревня впереди, — прервал ее размышления Эрик, снимая джемпер и оставаясь в одной белой футболке.
Аманда тоже скинула кардиган, надетый поверх легкого ситцевого платья. Глядя на свои знаки и на те, что «красовались» на мужской руке, девушка поморщилась. Но ничего не поделаешь — не хватало тепловой удар получить!
— А как же амарон? — спросила Аманда.
— Будем надеяться, что там есть какой-нибудь сервис, — протянул Ботаник.
И, взвалив на себя вещи, они пошли по проселочной дороге.
Их окружил обжигающий летний зной. Плывшие по небу редкие облака ничуть не защищали от жары. Казалось, что стоило им долететь до солнца, как они испарялись — будто капли воды, попавшие на раскаленную сковородку.
— Как пить хочется, — пробормотала Аманда, сжимая лямки рюкзака. И почему он такой тяжелый? Она ведь взяла только самое необходимое. Однако по ощущениям у нее за спиной был платяной шкаф, набитый не только вещами, но и скелетами.
— А ты что, ничего не взяла с собой? — удивился Эрик.
— Взяла, но немного, — оправдывалась Аманда. — И вода уже кончилась! Я думала, мы быстро доберемся до деревни на амароне, а там я пополню запасы! А из-за тебя мы оказались непонятно где!
— Это из-за тебя, горе-ведьма, мы оказались непонятно где! — процедил парень. — Если бы ты была внимательной и на занятиях, и в своем колдовстве, сидела бы сейчас со своим… как его?
— Морис. И я не ведьма, а эльфийка!
— Вот-вот.
— И не сидела бы, а отдыхала бы на берегу озера!
Эту реплику парень пропустил мимо ушей.
— Знаешь, у меня до сих пор в голове не укладывается, как можно было спутать меня и… Мориса!
— Да если бы я сама знала!
Жара стояла нестерпимая. Аманда с удовольствием бы легла в потянувшиеся вдоль дороги лиловые заросли лаванды, позволяя тонким гибким стеблям прикрывать ее от солнца, а возможно, и обдувать веером. А может, в недрах бутонов сохранились капли росы? М-м? Девушка мечтательно зажмурилась. Лавандовая роса — разве может быть что- то лучше?
Ноги отваливались. Хотелось сесть, упасть, а лучше умереть на месте, лишь бы не тащиться по солнцепеку неведомо куда. «Муженек» же, как назло, шагал вполне себе бодро, будто в него был встроен охладитель.
Аманда героически держалась, не желая показывать свою слабость и мечтая кинуть в ботаника чем-нибудь — да хоть крапивой, вот она, кстати, как по заказу на обочине появилась. Но ведь несправедливо. Он как бы не виноват.
Девушка застонала.
— Ты живая там? — послышался голос Эрика.
Аманда вздрогнула. Неужели услышал?
— Не бойся. Еще да.
— Да я-то как раз и не боюсь, — бросил парень.
И жалость как дождем смыло. Дождь. Как же его сейчас не хватало! Полил бы потоком — и ей, и растениям радость, а «муженьку» маленькая гадость. Аманда впервые пожалела, что лишена стихийного дара.
Когда они проходили мимо орешника, Эрик наклонился, чтобы поправить выбившиеся шнурки. Аманда же, глядя на резные листья куста, замечталась о мороженом с карамелью и жареным фундуком.
— Хватит! — неожиданно раздался голос Ботаника. — Это как минимум неприлично!
— Что именно? — не поняла застигнутая врасплох Аманда.
— Рассматривать меня оценивающе!
— Что?! — возмутилась девушка. — Да я на орешник смотрела!
— Ну-ну…
И, пожалуй, впервые за двадцать лет Аманда не захотела сдерживать пробудившуюся в ней вредность — в конце концов, еще неизвестно, что будет дальше! И решила не упускать возможность и не отказывать себе в удовольствии наказать «мужа»… Одна из гибких тонких ветвей «случайно» прилетела по тому самому месту, который Эрик имел неосторожность выставить.
— Ай! — вскрикнул Ботаник, подпрыгивая и хватаясь ниже поясницы. — Ты что творишь?
— Ты о чем? Где ты, а где я! — хлопнула глазами Аманда.
Фраза была совершенно невинной, но Эрик почему-то скривился.
