— Расческа, если есть. Либо зубная щетка.
Старушка охотно закивала, оживленная надеждой вернуть хотя бы внука и тяжело поднялась, а мы с Эстефанией пока стол для ритуала расчищали и свечи зажигали. На печи как раз нашлись и черные, и белые, и необходимые травы, чтобы раскурить благовония.
— Расческа и ручное зеркальце Алафлаи. Он его из рук не выпускал, когда доченька пропала. Даже спать с ним ложился…
— Очень хорошо! — воскликнули мы с Эстефанией, уцепившись за зеркальце, и сами удивились слаженности наших действий.
— Это будет интересно, — едва слышно заметил Нитаэль, подходя ближе, когда мы все подготовили.
Разложили на столе карту, зажгли свечи, раскурили травы, извлекли с зеркальца слепок ауры Керота и сняли с расчески волосы. Ритуал проходил как-то по-другому, хотя я проводила его сотни раз. Разные возникали ситуации. У кого-то пропадала любимая кошка или убегала корова, у кого-то в лесу заплутали дети или муж не вернулся с охоты. Однажды я помогла найти старушку, что два дня блуждала по городу, забыв, где живет. Лишь желание внуков вернуть ее домой спасло бедняжку от голодной смерти. В Астории не очень любят попрошаек. Заклинание поиска не сложное, хоть и трудоемкое, к нему ведьмы очень часто прибегают. Но как сейчас было впервые. Я чувствовала иные нити силы и, судя по блеску в глазах Эстефании, она — тоже.
Нитаэль протянул нам руки и предупредил, что теперь мы обе должны взывать к силам Сотхо и Борхес, а не по-отдельности. Так и поступили, предварительно предупредив госпожу Рафлер, что результат может случиться непредсказуемый и ей следует отойти подальше. В первый раз мы сожгли скатерть (сейчас предусмотрительно сняли). Кто знает, что случится в этот?
Но исконная магия нам благоволила. Либо сила артефактов не дотягивалась до места, где укрыли Керота. На юго-востоке карты Астории засиял жемчужно-агатовый огонек, указывая на…
— Нет, — прошептала побледневшими губами.
— Ты знаешь это место, Василек?
— Не просто знаю, — изнутри поднимался липкий страх. — Я жила там почти три года. Керот в доме графа Братстона!
Мы расцепили круг, и огонек немедленно исчез. Нет необходимости запоминать или рисовать на карте символы. Дом графа я с закрытыми глазами найду. Если Керот там, необходимо его немедленно вызволять! Но только как может Адриан быть вовлечен во все это?
— Вы знаете, где мой внук? — оживилась госпожа Рафлер. — Вы сможете вернуть его?
На этот раз глаза старушки блестели не от грусти, а от надежды.
— Боюсь, хозяюшка, не все так просто, — Нитаэль вздохнул и внимательно посмотрел на нас. — Мы не можем взять и вызволить вашего внука прямо сейчас — это переполошит осиное гнездо заговорщиков, и они уйдут в подполье. Алафлаю, скорее всего, убьют.
— Ох, — старушка схватилась за сердце, и мы с ведьмой Сотхо поспешили к ней на помощь.
— Девочки. Для надежности нужно помочь госпоже Рафлер забыть о нашем приходе.
Женщина с немой мольбой глянула на меня, на Эстефанию, но, кажется, сама понимала необходимость такой меры. Если иллюзия Алафлаи явится вновь, женщине не придется врать. А ну как рядом будет изумрудный дракон и ложь почувствует? Нет-нет. Совершенно точно необходимо зелье забвения и, судя по тому, как копошилась Сотхо в сумочке, у нее такое имелось.
— Как только мы вызволим Керота, сразу дадим вам знать. Но до тех пор…
Нитаэль кивнул, и Эстефания вылила в чашку с остывшим чаем оранжевую жидкость. Терпкий аромат настурции наполнил комнату, рождая в памяти образы Ролдхара в гнезде. Отогнала наваждение. Сейчас не обо мне речь. Сейчас только госпожа Рафлер и ее горюшко имеют значимость.
Дело было сделано. Мы переложили уснувшую старушку на кровать, а я еще заклятье прочитала, чтобы горе отступило и тревоги прогнать. В палисаднике нашлись васильки, заговорила несколько от беды и злых сил, разложила по дому и только после этого мы отправились к госпоже Венере.
— Как думаете, — поглаживая фиолетово-синие лепестки, рассуждала я. — Нам следует сообщить Абеларду? Или я могу попробовать вытащить мальчика сама? Граф ведь меня не видит, мы ему глаза отвели.
— Сама? — возмутился фамильяр. — Даже думать об этом забудь! И дело не только в твоей безопасности! Если что-то пойдет не так, то…
— Прости, что перебиваю, — встрепенулась я. — Но ты же можешь переместиться к малышу и забрать его! Так, как это с леди Глендой сделал!
— Боюсь, Василечек, с ним это не сработает. Я передвигаюсь по сумеречному миру. Вы, ведьмы, можете в него войти и выйти, а мальчонка, если уж войдет, выбраться не сможет. Я заберу только его дух, оставив бездыханное тело.
