Пифий устроился на стуле поудобней: съехал вниз, положил щиколотку правой ноги на колено левой, расстегнул еще пуговицу на рубашке. Арчи сидел, как первоклассник за партой в присутствии строгого учителя. Ему-то должно было быть все равно, его тело не требовало расслабленной позы, сиденья поудобней или еще чего, он не уставал, как человек. Но – Пифий едва удержался, чтобы не улыбнуться торжествующе – Арчи вытянул ноги и откинулся на спинку стула, враз став похожим на простого человека, проводящего вечер в уютной компании.
– Это странный подход, – задумчиво произнес он.
Пифий пожал плечами.
– Возможно, – неопределенно отозвался он.
Арчи посмотрел на него, словно ожидая еще какой-то реплики, но Пифий хотел просто помолчать.
В понедельник утром Пифий легкомысленно отшучивался на расспросы коллег:
– Да все нормально было. Арчи остался доволен и был удивительно миролюбив и общителен, я остался доволен Арчи и его говорливостью, так что все в порядке.
Зоннберг потребовал, чтобы Пифий составил ему компанию за завтраком.
– Дамми, милый, я чувствую себя обязанным потребовать прибавки к жалованью. Ты лишаешь меня возможности наблюдать за объектом, более того, я вынужден терпеть твою лоснящуюся физиономию во внеурочное время. Ты бы хотя бы крем сменил. Или косметолога, что ли, – вяло огрызался он.
– Я более чем доволен моим косметологом, и кажется, мне следует обдумать, чтобы подарить тебе консультацию у него. Тебе она не помешает, выглядишь как недоваренный лангуст. Не стоит в твоем возрасте проводить столько времени под открытым небом. Солнечная радиация, знаешь ли, все дела.
Пифий веселился. Дамиан Зоннберг счел, что обмен остротами оказался успешным, и принялся за завтрак.
– Так как прошли выходные? – требовательно спросил он. – И не надо вкладывать мне в уши всю ту дрянь об отчетах, служебных записках и прочем. Я хочу знать твое личное мнение, которым ты предпочел не делиться ни с кем и меньше всего с твоими коллегами. То, что остается за кадром. Как Арчи?
Пифий подумал, можно ли было развлечься еще немного, посмеиваясь над Зоннбергом, но решил, что не следует злить его и дальше. Все-таки этот земноводный прибирал к рукам все больше власти. Не только в проекте «Арчи 1.1», но и в паре других. Это Пифий был вполне доволен небольшим влиянием и не очень известным именем. А Зоннберг по-прежнему хотел большего, и у него уже получалось, и ссориться с ним не следовало.
– Хорошо, – подумав, признал Пифий. – Не скажу, что очень хорошо, и не скажу, что он готов прямо говорить о своем взаимодействии с Артом, но оно становится все более интенсивным, и Арчи воспринимает его как нечто неотъемлемое и вполне приемлемое. Я думаю, что очень скоро он вообще не сможет вспомнить, как раньше обходился без поддержки Арта.
– Ты действительно считаешь, что для проекта так важно, чтобы Арчи открыто признал, что плотно работает с Артом? Мальчишка уже опережает план интеграции на добрых семь пунктов, все идет отлично.
– Я действительно так считаю. Позволь привести аналогию. Скажем, пульпит. Такая неприятная штуковина. – Пифий щелкнул себя пальцем по щеке. – Она может не болеть, зуб может казаться всего лишь чуть более чувствительным, а потом мешок с гноем лопается, как результат абсцесс и… – Пифий потянулся за стаканом с водой, сосредоточенно посмотрел на него, но не спешил пить. Помолчав, он продолжил: – До тех пор, пока Арчи пытается своими собственными силами подавить негативное отношение к ситуации в целом и к Арту, я буду считать, что где-то глубоко в нем зреет вот такой вот нарыв, который может дорого обойтись. Дамиан, если говорить серьезно, реабилитация людей с протезами – это не самая простая деятельность, ты сам отлично это знаешь, ты ведь сам общался с многими специалистами. И ты сам признал давным-давно, что ситуация с Арчи оказывается куда более каверзной с точки зрения реабилитации. А ты хочешь результаты наших исследований развить в других проектах. А результаты, которые есть у тебя сейчас, не являются ни надежными, ни безусловно оптимистичными. Так что ты пытаешься строить новые здания на кривом фундаменте. Понимаешь?
Зоннберг угрюмо смотрел на него.
– Да ладно, Дамми. Ты же сам признал, что интеграция идет даже с опережением. У нас есть небольшая фора, все в порядке, – протянул Пифий. – Я еще раз просмотрю записи этого отпуска, запрошу у Арта отчет и представлю тебе записку. Но даже без дотошного анализа можно видеть, что Арчи чувствовал себя вполне свободно, куда более свободно, чем здесь.
– Но твоей великой цели – разговора об Арте – ты так и не достиг.
– Дамми, тебе дай возможность, так ты бы уже на первом году проекта засунул мозг Арчи в эту куклу, – поморщился Пифий и все-таки отпил воды. – К чему эта суета?
Зоннберг хмыкнул.
– Хорошо. Будем считать, что ты прав, а я спешу.
– Почему «считать»? «Давай признаем» будет куда верней, – ухмыльнулся Пифий.
Зоннберг отказался улыбаться шутке.
