Русые, отросшие за эти месяцы волосы были взъерошены, руками муж обхватил подушку и ровно дышал. Он и не собирался просыпаться. Лицо расслаблено, в уголках губ застыла улыбка.
Кажется, сегодня пациентам придётся подождать.
Осмотрев широкую спину, я, не касаясь, обвела взглядом красные полосы.
Всё, что происходило ночью, мне не приснилось — и исцарапанная спина Итана тому доказательство. На его теле побывала дикая кошка.
Вспомнив сплетни о молодом лекаре, я улыбнулась. Теперь наш брак — не простая формальность. Но со следами от ночной страсти все же необходимо что-то сделать.
Пришлось быстро накинуть халат, порыться в сумке мужа и достать средство, которым он обычно обрабатывал ссадины.
— Хммм, Эмма, моя неугомонная… Придётся потерпеть по меньшей мере несколько дней, — простонал Итан, неохотно раскрыл глаза и вопросительно уставился на бинт в моей руке.
— Я исцарапала тебе всю спину. Если не обработать, будет долгое воспаление. Ты сам говорил: южный климат требует особого подхода к каждой ранке, — улыбнулась я и провела рукой по его взъерошенным волосам, убирая спадающую на глаза челку.
— Ты как-то по-другому выглядишь сегодня, — произнёс он что-то странное.
Голос Итана при этом был такой… хриплый, низкий, завораживающий — точно такой, каким он ночью шептал моё имя. А его взгляд, слегка затуманенный, но с явным желанием, заставлял ощущать себя обнаженной.
Смутившись, я опустила глаза.
Осмотрев наспех накинутый халат и растрепанные волосы, удивлённо посмотрела на мужа.
— Ну, я решила сначала обработать твою спину, а потом собираться. А то, зная тебя — вспомнишь, что проспал, и не позволишь промыть царапины из-за спешки, — показала я ему флакончик в руке.
Итан отрицательно покачал головой, отобрал пузырёк и привлёк меня ближе.
— Мне нравится, когда ты такая, Эмма, — устроив руку на моей талии, он с улыбкой смотрел в глаза и провёл пальцами по беспорядочным локонам.
— Заспанная, растрепанная и в халате? — описала я свой «волшебный» вид.
Как правило, Итан вставал раньше, отдавал распоряжения слугам, а я спускалась к завтраку уже посвежевшая, прилично одетая и с уложенными волосами.
В таком беспорядочном виде муж видел меня только когда я болела — и сегодня.
— Настоящая. Счастливая. С горящими глазами и розовыми щечками. Без всех этих затянутых приличных нарядов и масок прилежной супруги. Такая, какая ты есть внутри, а не на показ, — сказал он, не отводя взгляд.
— А ещё совершенно голая. Я могу ходить так целый день, но боюсь, слуги не оценят, — опустила глаза на слегка расползшиеся полы халата.
В глазах Итана вспыхнул уже хорошо знакомый мне огонёк, но руки тут же прикрыли почти обнажившуюся грудь.
— Только в нашей спальне, Эмма. И не ранее чем через несколько дней. Пусть первый раз был не таким, как я опасался, но последствия никуда не ушли, — ласково произнёс он и убрал одеяло.
Я покраснела, опустив взгляд, но боли действительно не ощущала.
— Странно… Я не чувствую ничего неприятного.
— Шампанское и избыток впечатлений, — объяснил он с лёгкой улыбкой. — Но если мы попробуем повторить, будет неприятно.
Слегка коснувшись моих губ, Итан развернулся спиной.
— Судя по ощущениям, острые коготки прошлись по всей спине. Обработай соком алоэ и кипариса, а потом я дам тебе мазь с календулой. Если появится пациент с зараженными ранами, мои царапины могут воспалиться, — скомандовал лекарь уже строже.
Наши почти утренние сборы затянулись.
Я протерла спину Итана, потом нанесла мазь, аккуратно втирая ее в кожу, и удовлетворенно оценила свои старания.
— Еще немного и я могу стать твоей ассистенткой, — с гордостью заявила.
Лекарь хмыкнул, надел майку и окинул взглядом всё ещё растрепанную меня.
— Эмма, тебе сегодня лучше отдохнуть, — начал он привычным тоном, на который я даже не успела возразить.
Стоило мне открыть рот, как он тут же перебил:
— Я знаю, что ты чувствуешь себя нормально. Но на улице уже слишком жарко, осень в этом году непривычно душная. Просто передохни один день. В твоём теле произошли изменения. Пусть тебе они кажутся незначительными, но в такую жару может стать дурно. По меньшей мере, полежи до ужина. Я прикажу подать обед сюда, — прочитал он свою лекцию… и ушёл.
Итан, с которым я была близка ночью, исчез с рассветом.
Его место занял молодой доктор Харрис: строгий, безэмоциональный и касающийся меня лишь по медицинским показаниям.
Когда в комнату начали вносить вёдра с водой, я поняла, что меня пытаются соблазнить ванной.
— Долго не сиди и не делай воду слишком горячей — это поможет расслабиться и не вызовет боли внизу, — выдал инструкции уже полностью одетый супруг.
Пока он застегивал ворот рубашки, я решила больше не молчать.
Как оказалось, иногда давать волю эмоциям — весьма полезно. Только так можно растормошить этого невыносимого упрямца.
— Итан, кажется, я тебе изменила, — выдала я почти шёпотом, взглянула на его застывшее лицо и пошла к окну.
В следующее мгновение мужские ладони мягко, но настойчиво легли на плечи, и меня медленно развернули лицом.