Злость, накопленная за прошедшие часы, растаяла мгновенно, как вода, вылитая в раскалённый котелок. А сердце забилось так сильно и часто, что, казалось, его было слышно всем вокруг.
Это точно не сон?
Итан с мягкой улыбкой наблюдал, как я теряюсь в своих ощущениях, а затем нежно усадил на стул, словно опасаясь, что я не удержусь на ногах.
Ужин прошел спокойно, почти так же, как бывало раньше. Казалось, будто ничего не изменилось. Будто всё вернулось на круги своя.
После ужина Итан, как всегда, коротко побеседовал со слугами, проверил входную дверь, которую те опять забыли закрыть, а потом вернулся в спальню.
И именно в этот момент я ощутила разницу. Неуловимую, глубокую…
Итан больше не держал между нами ту холодную дистанцию, к которой я привыкла. Его прикосновения стали иными — медленными, тёплыми, словно он впервые позволил себе не только заботиться, но и желать.
Коснувшись губами шеи, он отобрал мой гребень и сам принялся расчесывать волосы, внимательно наблюдая за мной в зеркале. Каждое касание заставляло дышать чаще. Его взгляд будто раздевал — медленно, нежно, без права на защиту.
— Нам нужно поспать, родная. Ночь была долгой, и нескольких часов сна явно недостаточно, — устало произнёс Итан, будто отвечая на мой безмолвный вопрос.
Я всё понимала, но внутри звенело желание.
Да, внизу ещё тянуло после прошлой ночи, но я была готова вновь ощутить его ласку. Просто потому, что в мыслях зудел липкий страх: а вдруг всё станет как раньше?
Вдруг он проснётся — и в его глазах снова появится лед и жалость?
Вероятно, этот страх был написан у меня на лице, ведь муж улыбнулся и склонился к моему уху.
— Всего несколько дней, моя Эмма, а потом я снова выпущу твой ураган. Немного терпения, — прошептал он, обдавая кожу горячим дыханием, а потом ушёл в ванну.
Ох, сегодня у меня было желание бродить по дому, пока Итан не уснёт.
Особенно после того, как он спокойно вышел из ванной в одном полотенце… и скинул его прямо перед кроватью, не потушив свечей.
Щёки пылали так, что, казалось, на коже можно было готовить омлет. Но я дышала, смотрела на обнажённого мужа и пыталась убедить себя, что это не сон.
И окончательно поверила, когда Итан забрался в постель, притянул меня к себе и развернул спиной.
— Спи, — выдохнул он мне в макушку, целуя волосы.
Горячие руки на животе, ровное дыхание рядом — всё это только мешало уснуть.
И всё же, несмотря на ураган мыслей, желаний и страхов, бурлящих внутри, избыток впечатлений и бессонная ночь сделали своё дело: я уснула почти мгновенно.
Утро начиналось непривычно.
Вместо холодной, пустой постели — горячие руки, ласково скользящие по волосам, а потом — губы, нежно касающиеся шеи.
— Эмма, родная, прости, но мне пора на осмотр. Постараюсь вернуться пораньше, — тихий шепот прозвучал прямо в ухо.
Ещё один поцелуй в висок — и дверь мягко закрылась.
Потянувшись, я довольно застонала и распахнула глаза. Нет, это точно не сон. Всю ночь Итан держал меня в объятиях, а под утро… под утро я ощутила кое-что, чего не замечала раньше.
Именно те самые утренние порывы и выгнали моего строгого супруга из постели. То ли он боялся потерять контроль, то ли разбудить мое желание — а там уже держи нас обоих, если сможешь.
В любом случае, когда муж почти неслышно исчез в ванной, я вновь провалилась в сон.
Впервые за много месяцев моя улыбка сияла, как рассветное солнце. Даже слуги, приносящие воду для утреннего туалета, удивлялись: хозяйка встречала их не с заспанным лицом и опухшими от слез глазами, которые я прятала от мужа, а с сияющим взглядом и улыбкой, которую сложно было скрыть.
В том же приподнятом настроении я спустилась к завтраку, а потом вспомнила про слухи и решила всё-таки поехать в город.
К тому времени, как я добралась к чайной, успела пожалеть, что не осталась дома еще сегодня. Низ живота неприятно тянуло, и ощущения нарастали по мере того, как моя повозка катилась под палящим осенним солнцем.
В этом году осень была слишком душной. Не спасала ни близость водоёмов, ни попытки спрятаться под зонтом, ни веер.
Ветра практически не было, а потому вся пыль с дорог стояла плотной дымкой, мешая нормально вздохнуть.
За нашим обычным столиком уже сидели мои новые подруги: Джоан, Тина и Анжелика.
Судя по хищной улыбке и прищуренным глазам, Джоан не терпелось поделиться со мной свежими скандальными сплетнями — не исключено, что обо мне.
Пришлось натянуть вежливую улыбку, бегло осмотреть загадочно притихших дам и картинно обмахиваться веером.
— Ты сегодня вся сияешь, дорогая. Вечер у миссис Прескотт удался? — ехидно поинтересовалась Джоан.
Она старательно пыталась скрыть любопытство, но то, как поправляла тёмные волосы и как блестели нетерпеливые глаза, выдавало ее с головой.
— О, да. Очень интересное место. Не уверена, что у нас в Саванне есть нечто подобное. Столько комплиментов от мужчин я не получала уже давно. А ноги до сих пор болят от танцев, — я решила разыграть дурочку.
Я думала, знаю, чего они ждут. Но как только девушки переглянулись, я спряталась за веером и задумалась.