– Нет.
На его лице появилось сердитое выражение, неохотно, словно преодолевая внутреннее сопротивление, он произнес.
– У меня сейчас нет других дел в Лос-Анджелесе, кроме тебя.
– Что?
– Я не хотел приезжать.
– И правильно.
– Я скучал.
Я застыла, обезоруженная. Он не должен говорить со мной так, не должен быть нежным!
– Иди ко мне.
Ненавидя себя за слабость, я вышла из-за прилавка и остановилась в шаге перед ним. Он не стал дожидаться, пока я решусь или передумаю, просто обхватил рукой за талию, прижал к телу. Я зарылась носом в его рубашку, вдыхая мужской, лишающий силы воли запах. В мозгах взвыла сигнальная сирена: Бестолковая девка! Приди в себя! Ты не можешь себе этого позволить.
Не могу.
Я стала отстраняться, но Майк не пустил. Сжал в своей широкой ладони мой затылок, начал сильными пальцами массировать кожу головы, шею. Это было умопомрачительно хорошо, нервы гудели под его руками, сворачиваясь в тугие спирали.
– Не надо.
– Почему? Я же вижу, что тебе нравится.
– Перестань, пожалуйста.
– Даже и не подумаю. Почему ты сопротивляешься, моя овечка?
– Не называй меня так. Это пренебрежительно. – я говорила с карманом на его груди, руками неосознанно лаская спину: у Майка была красивая, жилистая спина. В моей фразе не было серьезной обиды, скорее капризное надувание щек балованной девочки, мнящей себя взрослой, а в действительности такой не являющейся, и я не думала, что Майк вообще отреагирует на эту фразу, но он вдруг замер. Приподняв мое лицо за подбородок, поймал взгляд.
– Никогда не смей так думать и говорить. Я не пренебрегаю тобой.
– Я просто пошути…
Он не дал мне договорить, склонил своё лицо к моему, коснулся ртом рта.
Я знала, что должна быть стойкой, но губы мои уже приоткрылись, зовущие, жаждущие. Его поцелуй был таким, как мне запомнилось и мечталось: напористым, медленным. Я позволила себе закрыть глаза, растворяясь в ощущениях, растворяясь в нём. Мгновение, еще одно мгновение, а потом я оттолкну его, высвобожусь, прогоню.
– Я пытаюсь тебе дозвониться уже полчаса, но ты, как обычно не берешь трубку! Мы идём сегодня куда-нибудь или…ой.
Глория. Мы договаривались закрыться на час раньше, пройтись по магазинам, выбрать ей новые туфли. Совсем забыла об этом.
Сообразив, что до сих пор стою в объятиях Майка, я неловко выпуталась, стремительно соображая, как лучше поступить. Расширившиеся от изумления глаза подруги явственно говорили, что любые оправдания бессмысленны, она всё видела и сделала выводы.
Майк пришел в движение первым. Протянув руку, представился:
– Майк.
– Ааа, я Глория, – запнувшись, представилась девушка. – Подруга Евы.
– Очень приятно, Глория. Я уже ухожу. Хорошей вам прогулки, дамы.
Приобняв меня, он негромко проговорил мне в ухо:
– В восемь вечера в баре отеля Marriott, если не придёшь, то в девять буду у твоего дома, познакомишь меня с дочерью.
И ушел, оставив меня один на один с изнывающей от любопытства хищницей.
– Глория, ты всё неправильно поняла…
– Даже не думай.
– Это не то, что ты могла подумать…
– Рассказывай.
– Да тут совершенно…
– Всё. По. Порядку. Немедленно.
Я подняла ладони. Ок, сдаюсь, но я должна была попытаться.
– Пойдём. Расскажу тебе всё по дороге.
Бьянка как-то странно на меня посмотрела, когда я привезла ей Маризу.
– Прости, что так внезапно и без предупреждения, если я нарушила ваши планы, я всё еще могу позвонить миссис Фитцпатрик…
– Нет, никакой миссис Фитцпатрик, даже не начинай, Ева. – Бьянка сбросила с себя задумчивость. – Давай, детка, беги к Бренде, она в своей комнате, – это Маризе. – У тебя свидание? – а это мне.
– Да. – я не стала отпираться, прозрачно же как день, какого чёрта я вдруг накрашена и нацепила облегающие штаны.
– Такое, которое может плавно перетечь в…?
Я сморщила нос. Бьянка такая Бьянка.
– Ну-у, я специально надела штаны, чтобы придать себе твердости духа…
Она расхохоталась:
– Есть такой бородатый анекдот про то, чем отличаются женские брюки от мужских, знаешь?
– Нет, и чем же?
– В мужские засовывают ноги, а в женские – руки!
– Сама виновата, не надо было спрашивать.
– Да ты ли не рада? Я вот рада за тебя. Кто он?
– Редкостный мудак, – откровенно выпалила я.
– О-о, – протянула она, – обаятельный, как демон?
– Хуже.
– Совершенно неподходящий?
– По всем параметрам.
– Мозги как каша от одного его взгляда?
– Натуральная овсянка.
