Мальчишка сияющими глазами смотрел на высящегося над ним Стража Цитадели, на герб, выложенный серебром у него на груди, смотрел так, словно с небес спустился орел Манвэ, не меньше. И удостоил чести обратиться к нему, простому мальчику из провинции.
Таургон улыбнулся, взглядом повторяя свое извинение.
Приятно, когда на тебя смотрят как на посланца Валар, и всё-таки не стоит позволять мальчику этого.
Тот осмелился чуть улыбнуться в ответ.
– Раз я отвлек, то пройдемся, поговорим? Таким, как мы, следует держаться вместе.
– «Мы», мой господин?
– Мы, приезжие. Ведь ты издалека?
Его звали Митдиром, и у его отца небольшие владения в Лоссарнахе. Замок, оливковые рощи, виноградники… Дома остались мать и сестра. А он – да, он приехал учиться. Нет, не один, конечно, не один. С отцом. Отец… нет, ему некогда ходить в Хранилище, у него дела в столице. Очень занят.
А он мечтает выучить квэнья. Учителя пока нет… но будет. Только позже. А слова учить можно и сейчас, господин Серион так добр и подбирает ему книги, где много квэнийских слов.
– И ты рассчитываешь выучить корни по «Гибели Орнендила»?
– Разве это невозможно, мой господин?
– Просто Таургон. Возможно… но без учителя тебе будет сложно. Вот, к примеру, как ты понимаешь слово «улкатаро»?
– «Ложный король», Кастамир не имел прав на престол, – отвечал мальчик.
– А там тоньше. «Улка» – еще и «дурной, злой». Орнендил хочет сказать, что у Кастамира и прав нет, и как король он плох.
– Ты знаешь квэнья, мой господин?!
Да не смотри ты на меня, как Туор на Ульмо!
– Таургон. Меня зовут Таургон.
– …Таургон.
– Да, – отвечал арнорец. – Знаю.
– А ты… – лицо мальчика засияло надеждой, но.
Но взгляд снова упал на тунику Стража, на тяжелый меч на поясе нового знакомца, на руки, явно привычные не только к перу.
– …нет, ты не сможешь, – со вздохом сам себе ответил Митдир.
Таургон задумался над невысказанной просьбой.
Учить – дело слишком серьезное. А у него – «Сын Звезды», и это не считая обязанностей Стража.
Да и сказал же Митдир, что у него позже будет учитель.
– Да, учить тебя мне действительно некогда. Что-то подсказать, объяснить – другое дело. Спрашивай, не стесняйся.
Общение с Митдиром оказалось Таургону едва ли не нужнее, чем его юному другу. Мальчик из Лоссарнаха был полон такой же жадной радости, как и сын Денетора. Что ни рассказывай ему, он будет слушать взахлеб и с восторгом.
Рассказывать им, конечно, придется разное, от квэнийских корней Боромир уснет крепким здоровым сном… но вот слушают они одинаково.
А главное – они оба отвлекают тебя от мыслей о том, когда же дойдут до тебя тексты из Ривенделла.
…в полдень караул сменился, Таургон освободился от раскаленного шлема и спасительного подшлемника, забежал в трапезную – есть не хотелось, а вот эля он выпил первую кружку одним глотком, вторую медленнее, сунул в поясной кошель крупное яблоко – не столько еда, сколько питье в природной фляге, и поспешил в Хранилище.
Тинувиэль, услышав шаги, подняла голову и холодно ему кивнула, после чего занялась переписыванием подчеркнуто озабоченно. Таургон в очередной раз подумал, что не понимает и никогда, наверное, не научится понимать женщин: попытайся он с ней сейчас хотя бы поздороваться словами, она сведет это к ссоре, но – сидит и старательно переписывает для него. Не то, чтобы совсем «для него», конечно, – для Арнора, но…
А Митдира не было.
– В саду, – ответил Серион на вопросительный взгляд арнорца.
Вот и отлично.
Один еще не занят, второй уже прервался, они поговорят, и никто никому не помешает. А Тинувиэль пусть сердится, если ей так нравится. Хочется верить, что не ошибется при переписывании.
В саду никого не было.
Таургон на всякий случай обошел сад еще раз. Все до единой скамейки были пусты.
Непонятно.
Митдир ушел гулять по Седьмому ярусу? Не похоже на него. И он передал бы Сериону, что его не надо ждать…
Мелькнула очень странная мысль: мальчишка здесь, но прячется.
Зачем ему прятаться? Игры ради? Шутка в духе Боромира, не Митдира!
И всё-таки… будь я на его месте и захоти я спрятаться здесь… я бы…
Кусты барбариса, конечно, непроницаемы – но у стены растут неплотно…
Арнорец прошелся по дальним дорожкам, заглядывая под стену колючей зелени. И скоро обнаружил того, кто очень, очень хотел спрятаться.
Протиснуться между стеной Хранилища и зеленой изгородью не составило труда для следопыта. Тем паче, что многие ветки были здесь обломаны: Митдир пробирался в свой тайник не раз и не два.
Еще интереснее.
Вот уж от кого, а от этого мальчика секретов не ожидал.
У него какая-то беда: поникшие плечи, опущенная голова. Торопливые движения: хочет побыстрее закончить с тем делом, которое заставляет его прятаться.
– Митдир!
Обернулся. На лице – ужас, словно назгула увидел. Что-то спешно спрятал за спину.
– Т-таургон? К-как ты нашел меня?
– Ты что делаешь?
– Ни… ничего.
– Ничего. – Северянин откликнулся эхом, давая понять всю абсурдность этого ответа.
– Я… ты…
И вдруг мальчишка залился слезами. Совершенно детскими беспомощными слезами.
– Что случилось?!
Таургон схватил его за плечи, сжал, так что тот невольно опустил спрятанную за спиной руку.
