Но сон уже растворялся. Последнее, что я увидела — её протянутую руку и отчаяние в глазах.
Проснулась в холодном поту, сердце колотилось как бешеное.
— Что случилось? — Кайрон проснулся мгновенно, воин всегда начеку. — Кошмар?
— Странный сон. Вещий, кажется. Видела третью душу. Ольга Петрова, системный аналитик. Умирает от рака.
— Ты видела человека из другого мира?
— Или моё подсознание сконструировало образ. Но детали слишком специфичны. Запомню на всякий случай.
Утром, сразу после завтрака (Кайрон настоял, чтобы я съела двойную порцию — "ешь за двоих"), мы спустились в подвал восточной башни.
Старейшая часть дворца. Камни помнили первого императора, может, и до него. Воздух густой, пахнет веками и тайнами.
— Здесь должен быть механизм, — сказал Кайрон, методично ощупывая стены. — Отец говорил, первые императоры любили секретные комнаты.
Аурум, в форме большого кота, фыркнул презрительно.
Он подошёл к кажущейся глухой стене и дыхнул. Не огнём — чем-то другим. Воздух засветился золотом, древние руны проступили на камнях, и стена беззвучно отъехала в сторону.
Комната за ней была...
Нет слов. Музей? Сокровищница? Лаборатория безумного учёного?
Артефакты всех эпох и стилей. Книги на языках, которых я не узнавала. Оружие, которое выглядело скорее произведением искусства. Странные приборы из металла и кристаллов, чьё назначение было загадкой. Свитки, покрытые формулами — не магическими, математическими.
И в центре — зеркало. Высотой в два человеческих роста, в серебряной раме, покрытой рунами и символами. Поверхность не отражала — она переливалась, показывая что-то другое. Образы мелькали слишком быстро для понимания.
— Не трогай! — крикнула я, когда Кайрон инстинктивно протянул руку.
— Почему?
— Марина предупреждала. Крайне опасно.
— Что это значит?
— Например?
Мороз пробежал по коже. Квантовая механика в магическом исполнении. Множественность миров не как теория, а как доступная реальность.
— Уничтожить? — предложил Кайрон, и его рука легла на рукоять меча.
— Нет, — решила я после раздумья. — Знание — сила, даже опасное знание. Но ограничим доступ. Только мы трое знаем. Запечатаем комнату, поставим магическую защиту.
— А если понадобится использовать?
— Тогда решим вместе. Это не то решение, которое принимают в одиночку.
Мы вышли, тщательно запечатав проход. Аурум наложил свою печать — драконья магия, древнее и сильнее человеческой.
По дороге наверх я размышляла. Зеркало возможностей. Где-то в другой реальности Елена Марковна всё ещё жива, работает психологом, не знает о магических мирах. Где-то Лирана так и осталась пустой куклой, умерла от унижения. Где-то...
— О чём думаешь? — спросил Кайрон, беря меня за руку.
— О том, как повезло, что всё сложилось именно так. При всех сложностях и странностях.
— Повезло?
— Я могла не попасть сюда. Ты мог жениться на ком-то другом. Мы могли не встретиться. Но звёзды сошлись, и вот мы здесь. Вместе. С будущим ребёнком. С изменённой империей.
— Это не везение, — сказал он, целуя мою руку. — Это судьба.
Мы вернулись в свои покои. У меня было будущее, о котором нужно заботиться. Империя, которая менялась с каждым днём. Варвары, становящиеся гражданами. Восток, с которым наконец установлен хрупкий мир.
И внутри меня рос новый император. Мой сын. Дитя двух миров — магического и научного, через мою душу.
Я подошла к окну, посмотрела на своё отражение. Молодое лицо, но древние глаза. Елена Марковна мертва — в прошлом мире. Но её знания, опыт, мудрость живут в императрице Лиране.