— Мы наблюдали, как пустела вселенная. Можно было лечь спать, а проснувшись, недосчитаться тысяч звёзд. В итоге остальные колонии ушли настолько далеко в прошлое, что связь с ними была полностью утеряна. Мы остались одни в безграничной пустоте космоса. Последняя звёздочка стала подобием часов, отсчитывающим срок оставшейся жизни… Мы знали очень многое и прекрасно понимали, что способов оттягивать неизбежное больше нет. Оставалось только ждать. Мы ждали… Мы пытались найти способ спастись… Не представляешь, какая это пытка — ожидание смерти, когда любая попытка спастись гарантированно укоротит срок нашего существования. Мы ввели режим жёсткой экономии. Мы… Просто существовали… Половина моей жизни прошла в бездне. По началу ожидание казалось лёгкой задачей. Мы были полны энтузиазма и надежд. Постепенно всё это прошло. Одиночество и неизвестность потихоньку сводили с ума. Пришло отчаяние… Мы вновь начали пытаться связаться хоть с кем-то. Неизменным ответом стала тишина.
— Галана ведь об этом спрашивала? Ну… О том, как вы выбрались оттуда, — подал голос зверолюд.
— Верно. Скоро будет об этом. Однажды мы обнаружили приближающийся к нам объект. Мы радовались, надеясь на встречу с другими выжившими. Надеялись узнать от них способ спасения. Нас постигло разочарование… К нам прилетел почти голый остов другой колонии. Они поймали наш сигнал… «Послание» и отправились к его источнику. Им не хватило энергии. По пути они разбирали свою колонию, сохраняя только необходимое, а снятое использовали в качестве топлива. Они намеренно сокращали свою численность… Всё оказалось напрасно. Они не дотянули. Останки их колонии долетели до нас чисто по инерции. Котик, ты уже спрашивал, почему тут так пусто… Ну так вот, изначально Золотой город поддерживал жизнь шести миллионов разумных. Нас не убивали. Мы попросту теряли надежду… Отчаиваясь, устав от ожидания неминуемого конца, не веря в спасение и не желая продлевать агонию, одни за другими добровольно уходили из жизни все, кого я знал бессчётное множество лет. Пребывание в бездне длилось очень долго… Мы медленно тянули соки из последней звезды. От шести миллионов нас осталось только тринадцать…
Тьма рассеялась. Вокруг вновь оказалась просторная площадь с множеством лавочек по периметру. Ирбис собирался было возмутиться тому, что рассказ прервался на самом интересном месте, но вовремя заметил, что над головой больше не висела сфера родного мира, а небо затянула беспросветная тьма. Самди умолк, рукой указав в сторону дорожки, по которой шла его точная копия, держа за руку Галану. Оба новоприбывших оказались облачены в схожие серебристые комбинезоны. Они о чем-то говорили на незнакомом языке, не спеша пройдя мимо и остановившись у ограды.
Юноша развернулся, с коленями забравшись на сидение и вцепившись случайно выпущенными коготками в спинку, замер, узрев багровое огненное поле, застлавшее пол горизонта. Вспыхивающие протуберанцы рвались к пустым небесам и бессильно опадали. В прочем парочку у ограды подобное зрелище ничуть не волновало. По началу они мирно беседовали, затем начался спор. Мужчина схватил женщину за руки, пытаясь что-то втолковать. Но та вырвалась, принявшись кричать. Затем отбежала на несколько шагов и показала появившийся в руках маленький стеклянный флакон с прозрачной жидкостью, а затем залпом выпила. Версия Самди из прошлого бросилась к ней, попытавшись обнять, прижать к себе. Его руки коснулись лишь бесплотного роя серебристых искр, на которые распалось женское тело.
Видение исчезло. Вновь округу заволокла тьма с застывшей перед лавочкой, изменившей цвет, а так же намного увеличившейся в размерах огромной красной пылающей сферой и крохотной золотой точкой поблизости. Парнишка вновь уселся, как положено, готовясь слушать продолжение истории.
— Галана стала последней из добровольно ушедших, — ни разу не обернувшись назад, печальным тоном заговорил Самди, — я очень долго пытался отговорить эту дуру… Она всё равно сорвалась. До сих пор аж злость берет. Сейчас всё иначе, а тогда наше физическое существование поддерживала система… Механизм, называемый «Лазарь». Он запоминал наше состояние в реальном времени и восстанавливал тела от повреждений, либо воссоздавал при полном уничтожении. Фактически это бессмертие. Умереть можно было только добровольно, совершив символический жест, запускающий процедуру полного удаления данных. Я сумел его взломать, но… Мне удалось сохранить едва ли треть того, чем она являлась… При этом нарушив кучу правил. Тогда было уже всё равно…
— Ты её любил! — осенённый догадкой, воскликнул зверолюд.
— Да, любил. Как и она меня. Нас осталось двенадцать. Всего двенадцать «божков» из шести миллионов смогли вырваться из бездны…
— Но как⁈
— Эх… После смерти Галаны я был немного не в себе…
— Немного?..
