В жизни энергетиков всякое бывает. Случаются и аварии. И здесь проявляется характер Классона — он не терялся в трудную, а иногда и страшную минуту жизни электростанции. Инженер Кирпичников вспоминает наводнение 1908 года, когда весенние воды хлынули на Раушскую набережную, заливая Московскую электростанцию:
«Наводнение началось в четверг. Час за часом прибывала вода; потом струйки эти обратились в ручьи, потоки. Роберт Эдуардович энергично распоряжался. Срочно, в течение одного-двух часов, устанавливались новые насосы с моторами для откачки воды. Боролись с водой одни сутки, вторые сутки, и вдруг на исходе вторых суток взорвался пол в аккумуляторном помещении и хлынул такой каскад воды снизу вверх, что никакие насосы спасти станцию, казалось, уже не могли. И вот во время этого наводнения, когда весь персонал был разбит на дежурства, так как нужно было работать непрерывно, несколько дней подряд, Роберт Эдуардович находился на станции бессменно. Ни один из молодых инженеров не мог вынести этого физического напряжения. Я помню, как мы сидели с ним около 12-й турбины на полу и я, будучи на тридцать лет моложе его, не выдержал и заснул, а Роберт Эдуардович оставался бодр и энергичен».
Винтер, входивший в триумвират, строивший «Электропередачу», впервые встретился с Классоном в Баку. Там состоялось их знакомство, переросшее потом в дружбу.
«В 1902 году, — рассказывал Винтер, — будучи политически неблагонадежным студентом, я был уволен из Киевского политехнического института с запрещением проживать в столицах и университетских городах. Я поехал в Баку, имея в кармане несколько рекомендательных писем от революционно настроенных профессоров Киевского политехникума к Р. Э. Классону. Это помогло мне немедленно устроиться на работу в предприятии «Электрическая сила», где я и провел почти полные пять лет. С этого времени вся моя жизнь, сперва недоучившегося студента, а затем и инженера была тесно связана с Робертом Эдуардовичем, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте и совершенно разное по тому времени общественное положение. Эта связь прервалась буквально в момент смерти Роберта Эдуардовича, ибо я сидел рядом с ним на том заседании ВСНХ, где он скоропостижно скончался, и первым увидел его упавшую на стол голову…»
На одной из фотографий 1915 года на полянке, среди деревьев, запечатлен Классон в окружении своих сотоварищей по «Электропередаче». Роберт Эдуардович, высокий, в шляпе, с бородкой; чуть поодаль стоят Винтер и Радченко, а рядом с ними их старый друг — Глеб Максимилианович Кржижановский.
Встречи с сотоварищами Классона, соратниками его в борьбе за гидроторф, воспоминания былых лет рисовали Роберта Эдуардовича как необыкновенно яркую фигуру инженера-новатора. И, пожалуй, глубже других чувствовал цельность и красоту Классона как человека и как инженера старый большевик И. И. Радченко.
