Затем представила свой доклад важная комиссия по линии перемирия. С окончанием войны зигзагообразная линия перемирия стала полупостоянной границей, так как войска просто остановились на месте, образовав неосуществимую общую границу в три сотни миль. Сотни тысяч дунамов прежних арабских полей оказались на сионистской стороне. Была учреждена Комиссия по иорданской границе, чтобы попытаться вернуть как можно больше земли.
Доклад комиссии по линии перемирия сообщал, что все претензии удовлетворены так, чтобы беженцы могли вернуть себе свои земли. Личные претензии, так же как и претензии групп или деревень, будут рассмотрены, как только решится проблема объединения Западного Берега и Иордании.
— Абдалла лжет себе в бороду, — пробормотал отец. — Он не вернул и дюйма этой спорной земли.
Когда отец встал, чтобы возразить против доклада, люди около него потихоньку разошлись, а на их месте появились легионеры. Снова у меня пересохло во рту. Теперь спасти нас мог только арабский обычай защищать гостя! И случилось чудо! Каким-то образом Чарльз Маан оказался возле нас и поймал взгляд отца. В этот момент Ибрагим вернул себе самообладание и спокойно сел.
Последний доклад от комиссии по демократическому единству был спадом напряжения. Было объявлено, что иорданский парламент принял закон о национальном объединении. Раздался хор одобрения со стороны лакеев Абдаллы. За этим последовало демократическое голосование, которым съезд одобрил «Великую Палестину» 970 голосами против 20.
В заключение сообщалось, что в Цюрихе, Швейцария, созывается конференция по требованиям и правам беженцев. Дело беженцев будет передано в Международную арбитражную комиссию, состоящую из нейтральных государств. Иордания пошлет делегацию, чтобы защитить интересы всех беженцев. Я схватил руку отца, которая тряслась от ярости. Из всех моих сил я потащил его из амфитеатра.
Мы уехали из Аммана с чувством горечи во рту.
Сточные канавы и горы гниющего мусора развели полчища мух и комаров, а вонь от них удушала. Добавьте к этому полное безделье и постоянное подначивание скрюченных капризных стариков, пытающихся выказывать гордость и отвагу, которыми никогда не обладали, — вот так и родились Мстители-леопарды.
Мой брат Джамиль был у них вожаком. Они не носили формы, ведь нашим уделом была крайняя нищета, а друг друга узнавали по ярко-оранжевым головным повязкам.
В лагере Эйн эс-Султан, расположенном рядом с Элишевым источником, были Акулы-освободители. Дальше по шоссе, в Бедуинском лагере, — Волки пустыни, а севернее, в небольшом лагере Нувеймех — Черный май, названный по кошмарной дате объявления евреями независимости. Все эти шайки подстрекались ленивыми, бездеятельными взрослыми и фанатичными египтянами из Мусульманского братства.
Мстители-леопарды все больше наводили страх в Акбат-Джабаре. Слоняясь повсюду, они высматривали мальчишек вроде меня и требовали вступать к ним. Вступай, а то изобьем. Благодаря Джамилю мне удавалось оставаться на свободе. Думаю, он не хотел, чтобы я вступил, — опасался, что я отберу у него лидерство.
Ночью шайки залезали на Гору Соблазна, где над вновь завербованными совершали мистические ритуалы, в том числе и кровопускание. У них были тайные знаки и людоедские клятвы мщения, сулящие евреям расчленение, проламывание черепа и раскаленную кочергу в глаза.
— Кровь, кишки, внутренности, яйца, смерть! — доносилось с горы в свинцовом ночном воздухе.
Чтобы укрепить храбрость, они заставляли драться на палках, прыгать с высокого уступа, бегать под градом бросаемых в них камней, прыгать через костер, откусывать головы живым курам и змеям, душить кошек голыми руками. Целыми днями и каждый день, смягчая его монотонность, — иллюзия храбрости и мужества, лучших качеств араба.
Хаджи Ибрагим, как и другие мухтары прежнего времени и шейхи, видели в этих шайках угрозу своей власти, но обуздывать их следовало осторожно, ведь взамен ничего не было. Не было ни школ, ни организованных игр, ни кино, только скулящее радио. Но они слушали только выступления от Братства — прославление мученичества и смерти.
— Вы великие юные солдаты Аллаха, вы готовитесь стать мучениками возмездия!
О возмездии они слышали в Иерихоне.
О возмездии они слышали в лагерях, в маленьких убогих харчевнях.
О возмездии они слышали дома.
И они становились уродами. Никто из них не работал и не пытался найти работу хотя бы во время уборки урожая, когда так нужны были рабочие руки. Весь труд брали на себя их матери и сестры. Вместо этого они стали наниматься на «защиту» крестьянских полей.
Если ты в лагере поссорился с «леопардом», — жди, что в твою лачугу ворвутся, ограбят ее, а твоего старшего сына изобьют. Леопарды-мстители собирались внизу на мосту Алленби, где в ожидании осмотра иорданскими таможенниками всегда стояла цепочка грузовиков. Если водитель задремывал или оставлял свой грузовик, Леопарды тут же его опустошали.
