Я боюсь за моего друга – не представляю, каким образом он набрал имеющиеся метки и сколько еще наберет до Ритуала. Я хочу остановить его, что бы он ни творил, до того как станет поздно. До того как он падет навечно.
Ты можешь помочь мне. Я это видела. Вместе мы освободим Волноходца от пятнающих его тайн.
Я уверена, что на нем лежит заклятие молчания, так что он не сможет рассказать мне правду, даже если захочет. Я пыталась следить за ним, чтобы понять, что именно он от меня скрывает. Нашла очень мало, но в знак доверия поделюсь с тобой всем. Итак…
Сжигатель обнаружил свидетельство проступка Волноходца и узнал, что оно спрятано в храме в Хаманоёкохо. Боги не могут входить в храмы других богов, но Волноходца все равно тревожила находка Сжигателя, так что он пытался ее достать и уничтожить. И пока что он сдерживался, поскольку Сжигатель тогда еще мог защитить свое святилище, но теперь путь свободен.
Единственное, что удерживает его сейчас, – осознание, что, вломившись в храм своего собрата, он наберет еще больше меток, хотя вряд ли этот довод будет убедительным вечно.
Если ты доберешься до храма Сжигателя в Хаманоёкохо, найдешь улику прежде Волноходца и доставишь ее мне, я смогу ему противостоять. Я заставлю своего друга признать эти метки, остановить то, чем он занимается, и смогу уберечь его от падения.
Волноходец следит за мной. Без стороннего союзника я не на многое способна. Если ты согласна мне помочь, сотри половинку этого послания и смой ее в раковину, а оставшуюся собери и держи при себе. Так я смогу тебя найти.
Если не согласна – просто вытри зеркало целиком.
Хайо уставилась на стекло. Она бездействовала, слова смешались в одну каплю и стали появляться на зеркале заново.
Хаманоёкохо. Удивительно унылое название для места, из-за которого погиб Дзун.
Хайо вдруг вспомнила Токифуйю – как он лежал под камнем посреди площади и молил призрак Дзуна его выслушать: «Я кое-что нашел в день твоей смерти!»
– …Доказательство, что ты не был проклят по Веской Причине, – повторила Хайо, артикулируя каждое слово. Уж не то ли это «доказательство», которое просит Авано?
А раз оно спрятано в храме, то не потому ли Токифуйю просил Хайо ни за что не пускать туда Нацуами?
Вода на зеркале снова написала финальный вопрос: согласна или нет?
Хайо провела рукой по зеркалу, стряхивая в раковину половину надписи. Остальную воду она собрала зубной щеткой и направилась обратно в полутемную комнату.
Она пару секунд постояла на месте, вцепившись в щетку и не зная, куда девать эту живую каплю, и тут Нацуами прошептал:
– Ты так напряженно держишь щетку, что я начинаю нервничать.
– Мне нужен домик для моей ручной капельки, – таким же шепотом ответила Хайо.
Нацуами сел и открыл ящик комода. Порылся в вещах, потом нашел и протянул какой-то предмет:
– Запасная карманная чернильница.
– Спасибо.
– А если я спрошу…
– Я отвечу. – Хайо перелила воду Авано в чернильницу, завинтила крышку и уселась на нижнюю ступеньку. – Авано Укибаси считает, что Волноходец ввязался в какое-то злое дело, из-за которого набрал чересчур много меток, а еще нарочно сломал детекторы в Онмёрё, чтобы никто ничего не заметил до грядущих Ритуалов очищения.
– Это говорит Авано Укибаси? Любимица Волноходца? – Нацуами выпрямился, сам как резкая темная тень с размытыми невезением контурами.
