— Ты нос мой видишь? Он похож на нос животного с хорошим обонянием? — съязвила она. — Нет, я обхожусь вашим, совершенно никчёмным. Поэтому не учуяла. Но если вдруг ты способен на такое, пожалуйста, бери след и веди, — она сделала приглашающий жест.
Иоши потупился.
— Я понял, извини. Привык, что ты… Ну ты поняла.
— Ага. Ладно, пойдём, нужно к кое-кому наведаться. — Она развернулась и зашагала вдоль улицы.
— У тебя здесь есть знакомые? — продолжал удивляться Иоши. Сегодня у него какой-то день открытий… Хотя ни о каком знакомом и Киоко не знала, так что тоже внимательно ждала ответа.
— Старый друг, можно сказать, — она оскалилась.
— Норико, не скалься в этом теле, пожалуйста, — попросила Киоко. — Выглядит… странно. Боюсь, ты себя выдаёшь.
— Боюсь, меня скорее выдадут ваши просьбы. Пока прохожие во мне видят просто странного человека из непонятно каких земель, вы болтаете о том, что действительно может навести на подозрения.
— Боги, давайте уже найдём этот проклятый корабль, — взмолилась Чо, которая плелась сзади. — Надеюсь, там будет возможность сидеть подальше от вашей болтовни.
Норико плохо помнила того ногицунэ. Всё, что осталось от него в памяти, — едва уловимый запах: солёной воды, рыбы и мокрой шерсти. Иногда ко всему этому примешивался запах рисовой водки.
Но даже верни она себе родной кошачий нос, всё равно в общей вони ничего не почуять. Да и плевать, она же охотница, а охотники умеют выслеживать. Нападение — главная радость охоты.
— Ждите здесь, — бросила она через плечо и помчалась в сторону причала.
Считалочка для котят вспомнилась весьма кстати.
Его корабль был таким же, как и все другие торговые корабли — большой ооми, на котором были и гребцы, и паруса. Не в пример маленьким фунэ, на которых плавали рыбаки в деревне поэта, эти корабли были огромны и действительно могли пересечь море. Кайто — ногицунэ, с которым она приплыла на остров, — половину пути рассказывал ей всё об ооми, отчего-то решив, что бакэнэко этим заинтересуется.
Ага, как же.
Единственное, что она запомнила из слов, услышанных в полудрёме, — что-то о плоскодонности и округлости корпуса. И ещё то, что на этих кораблях они перевозят в Шику много бочек с рыбой. Вообще-то, он называл точное число, но Норико было плевать. Б
Беглый осмотр прибрежной части с кораблями дал понять, что за столько лет ооми стало больше. А ещё — что все они были похожи друг на друга.
И всё же один выделялся — увы, не в лучшую сторону. Старый, видавший виды корабль, потрёпанный штормовыми ветрами. Весь в щербинах и трещинах, он, вероятно, был и вовсе ненадёжным. Но она его узнала. Именно на нём не станут задавать лишних вопросов о новых членах экипажа, а даже если выяснят правду — будут молчать.
Без сомнений, это был нужный корабль. Удивительно, что она его всё же встретила. Кайто проводил в море месяцы и редко оставался на суше дольше необходимого.
Норико натянула вежливую улыбку и направилась к причалу. На корабль как раз грузили бочки. Она подошла к ближайшему работяге и спросила так ласково, как только могла, стараясь подражать манере Киоко:
— Прошу прощения, не подскажете, где я могу отыскать Кайто-сана? Это ведь его судно, верно?
Слышать свой голос было больно и противно. Такое унижение… Если бы прочие бакэнэко видели её сейчас, она бы навеки потеряла их уважение. Вечно презирающая подобные игры со смертными — сама же в них ввязалась.
Мужчина поставил бочку обратно, отряхнул руки и, поднеся ладонь к глазам, чтобы защитить их от неумолимого солнца, пытливо осмотрел Норико.
— А вы кто? — его сальный взгляд скользил по её коже, оставляя липкий след, от которого хотелось отмыться. Она бы ради этого даже нырнула в воду — что угодно, только не этот мерзкий тип.
— Так вы знаете, где он? — спросила она жёстче.
— Может, и знаю, — он ухмыльнулся. — Попроси меня — и я расскажу.
Пальцы зачесались. Ужасно захотелось выпустить когти. Хотя бы чуть-чуть… Спокойно. Это всего лишь неучтивый незнакомец. Он того не стоит. Киоко бы не одобрила. Киоко бы унизила его как-нибудь иначе. Она умела изящно и без склок выкручиваться из ситуаций.
— Так что, красавица, отойдём? — Он приблизился и поддел рукав её юкаты, оголяя запястье Норико. — На корабле сейчас найдётся много укромных местечек.
Рука сама отдёрнулась и в следующий миг уже держала наглеца за горло. Трогать его вонючее, потное тело было мерзко, но ещё отвратительнее было позволять ему так разговаривать с собой. Да, Киоко бы не одобрила. Но Киоко не видит.
