— Слушай сюда, — прошипела она, притянув его за шею и выплёвывая слова прямо в его лицо. — Сейчас ты скажешь мне, где этот лис, — и я отпущу тебя. В противном случае вырву тебе глотку, заберу твою ки и пойду разгуливать в твоём теле, позоря тебя перед всем миром, пока кто-нибудь не заподозрит неладное. Я отберу у тебя не только жизнь, но и каждую крупицу светлой памяти о тебе у всякого, у кого она есть. — Подумав, она с отвращением добавила: — Если такие, конечно, найдутся.
Послышался хрип. Норико оттолкнула мужчину и, вернув руке её человеческий, совершенно хрупкий вид — ни единого выпирающего мускула, — невинно улыбнулась:
— Так что, вы подскажете мне, где Кайто-сан?
— Развлекаешься? — раздалось сзади.
— Хитрый лис. — Она обернулась и удовлетворённо увидела перед собой высокого рыжеволосого парня. — И даже не постарел!
— Как и ты, — ухмыльнулся он. — Чего моего работника мучаешь?
— Тебе стоит сменить работников, он скользкий тип.
— Но хорош в своём деле. После того как прошлый кайсотё[3] решил предать море и остаться на суше лишь потому, что у него там — представь только! — жена, Рёта вытаскивал нас из Пучины отчаянных уже сотни раз!
— Хочешь сказать, он и плавает с вами?
— Не просто плавает. Он лучший из нас.
Норико изобразила, что её тошнит.
— Ладно тебе, кошка. Чего надо? Сколько мы не виделись, лет десять?
— Вроде того. Ты же помнишь, зачем я сюда плыла?
— Допустим.
— Помнишь или нет?
— Да помню я, помню. Не каждый день пускаю на корабль бакэнэко. А, погоди… — на его лице промелькнуло осознание. — Принцесса выросла, и ты плывёшь обратно?
Похоже, новости по Шинджу расходятся очень медленно… А за её пределы так и вовсе не стремятся.
— Ты вообще не знаешь, что на острове происходит, да?
— Моряков больше стало. Вишь, сколько кораблей? Вроде как местная власть стала поддерживать торговлю с Шику.
— Местная власть потихоньку выдавливает ёкаев с острова. Сёгун знать не знает про ваши корабли. Но, думаю, это ненадолго.
— Погоди, разве здесь не император приказы отдаёт? Я не силён в том, как у вас всё устроено, но мне казалось, что есть император и эти… ну, местные правители.
— Даймё. Да. Только тот император мёртв.
— Вот как. А новый? Должен же быть новый?
— Ну… Тоже вроде как мёртв.
— О… И долго он правил?
— Вроде как пару дней…
— Да что у вас за страна такая? Ладно, и что со следующим императором?
— Его место занял сёгун.
— А он имеет право? Разве в Шинджу власть не по крови передаётся?
— По крови. Но попробуй возразить тому, в чьём подчинении вся армия. Может, кто-то из самураев и не согласен с его действиями, но они клялись в верности своему господину, и господин их сейчас — сёгун.
Кайто задумался. Непохоже, чтобы он так легко принял эти новости. Что-то в его голове не сходилось, но он никак не мог подобрать нужные слова для своих мыслей.
— Расслабься, Кайто, тебе вредно много думать, — примирительно произнесла Норико. — Это миролюбивая страна. Там, где за тысячи лет самое страшное — разбойные нападения и личная месть руками шиноби, не может быть восстаний. Сёгун завернул свои слова в красивую обёртку из миролюбия. Его идеи — это свобода и процветание Шинджу. Какими методами — народ мало волнует, ему же лучше знать.
— А побочные ветви? — не сдавался он.
— Никто из даймё не рискнул претендовать на власть как побочная ветвь рода. Самый смелый из всех — здешний, но и он, насколько я успела понять по тому, что слышала, не высовывается. Да и знаешь, даже слухов, что я насобирала по пути из Иноси — и тех немного… Люди любили императора. Но люди знают, на что способен сёгун. Проще принять его власть или хотя бы сделать вид, что принял, лишь изредка перешёптываясь о том, как на самом деле ужасно то, что он делает. Даже мы с тобой сейчас здорово рискуем, вот так запросто болтая здесь, посреди причала.
Кайто изобразил испуг и быстро осмотрелся по сторонам, а потом выпрямился и усмехнулся.
— Да плевать, мы, вообще-то, и так уплываем. — Он глянул на солнце и спохватился: — Прямо сейчас. Рёта, всё загрузили?
Норико нехотя оглянулась на мерзкого собеседника. Тот подхватил бочку, что-то проворчал и понёс к кораблю.
— Ну и славно, — заключил Кайто и снова посмотрел на Норико. — Тебе на материк?
— Ага.
— Так, погоди. — Он нахмурился и, судя по всему, снова пытался сложить все кусочки сведений в голове в единую картину. — А что с принцессой-то?
— Ну… — Норико на мгновение замялась. — Она вроде как тоже умерла.
— Оу.
— Да. После того как стала императрицей. Знаешь, тебе было бы полезно иногда спрашивать местных, как тут обстоят дела.
— Да я как-то даже не думал… Рыба есть — и славно.
— У меня много вопросов к вашей морали.
— Мы это уже обсуждали. Хитрость — наша религия.
— Ты отрёкся от религии.
— Это не мешает мне оставаться хитрым. А теперь прыгай, будем отчаливать. Эй, — Кайто свистнул, — Рёта, всё готово?
Послышалась перекличка на корабле, и Норико передёрнуло от голоса Рёты, снова стало липко и противно.
— Погоди, я не одна.
— Не понял, — Кайто нахмурился. — Ты? Не одна? Ну, пусть твой спутник тогда платит. За вас обоих, я так понимаю.
— Спутники.
Кайто присвистнул.
