– Тут вообще-то стулья есть, – съязвила Иззи.
Кэсси вскочила первой.
– Где здесь можно прилично позавтракать? – спросила она, пока Драммонд с трудом поднимался на ноги. – Позавтракаем вместе и обсудим наши следующие шаги.
Иззи взглянула на Лунда – тот кивнул.
– Блины, – сказал он.
– Прекрасно, – подхватил Драммонд.
Иззи отвела их в блинное кафе неподалеку – большое, похожее на амбар помещение с видом на тихоокеанский пляж из высоких окон, кряжистыми деревянными столами, столовыми приборами в кружках и туристами, которые сидели вразброс по залу и тоже завтракали. Заказали блины, бекон и кофе – Драммонд при этом перебил Иззи, уточнив, что ему нужен чай, – а потом ели, пили и слушали рассказ девушек, как они ездили к двоюродной сестре Иззи.
– Два дня на «Грейхаундах». Худшее время в моей жизни! – рассмеялась Иззи.
– Даже с учетом всего, через что я прошла за эти десять лет, – улыбнулась Кэсси, – ничего хуже той поездки со мной не случалось.
Беседа велась непринужденно и легко, Драммонд чувствовал себя как дома. Однако им предстояло принять некоторые решения, и когда он предложил перейти к делу, то почувствовал себя родителем, указывающим ребенку, что тому пора заняться уроками.
Тарелки у них забрали, чашки еще раз наполнили, и они перешли к разработке плана. У Кэсси уже была наготове парочка идей, которые она взращивала в себе с прошлого вечера. Она выложила их остальным, а Драммонд дополнил, определив проблемы и риски. Иззи задавала вопросы, Лунд слушал. А затем он задал один-единственный вопрос, и все, осознав, что план не сработает, начали заново.
В кафе они просидели больше часа; туристы приходили и уходили, чай Драммонда остыл, а потом, во время прогулки по пляжу, они проговорили еще час, шлифуя, оттачивая план. Это был сложносоставной план в пяти частях, в нем фигурировали Продавец книг и Азаки (который, возможно, погиб), а также рискованная поездка Драммонда по следам Женщины. И в конечном итоге, если все сработает, их ждало столкновение с Женщиной лицом к лицу.
– Даже если это сработает, она все равно будет опасна, – предупредил Драммонд, когда они вчетвером стояли на пляже, щурясь от солнца. Перед ними рокотали волны, высоко в небе кричали чайки. – Возможно, мы планируем собственную гибель.
Иззи такая идея пришлась явно не по вкусу. Лунд, как всегда, выглядел непрошибаемым. А Кэсси покачала головой.
– Мне так не кажется. Думаю, мы сумеем ее одолеть.
– Что ты собираешься сделать? – спросила Иззи. – Убить ее?
Кэсси заколебалась.
– Так далеко я еще не планировала, – призналась она. – Я не убийца.
– Естественно, – отрезала Иззи. – Так что мы сделаем, когда поймаем ее? Не в полицию же сдадим?
Драммонд вглядывался в даль моря. Ответ на этот вопрос он знал. Еще утром, сидя один, он понял, что им придется сделать.
– Мы убьем ее, – проговорил он, и все трое посмотрели на него. – Она – само зло. С ней по-другому не выйдет. Она не остановится.
Он взглянул на Кэсси, зная, что именно ее должен убедить.
– Ты видела, что она сотворила с моими друзьями, – добавил он и, к своему удивлению, обнаружил, что голос у него дрожит от волнения. Где-то в мозгу загорелось предупреждение: «Ого, да ты сейчас заплачешь». – Ты видела мои воспоминания.
Кэсси кивнула.
– Ты видела, что она творила в зале. Она убивала не просто из необходимости. Она могла забрать книги, и никто бы ее не остановил. Она убивала, потому что ей хотелось. И самым ужасным способом, потому что ловит от этого кайф. Скажи, если я не прав.
Кэсси отвела глаза и уставилась на горизонт. Чуть поодаль двое ребятишек с визгами гонялись друг за другом вокруг замка из песка. В них было столько обыденности, столько счастья.
– Мы убьем ее, – повторил Драммонд. – Мы либо твердо решим это сейчас, либо можем даже не начинать. Иначе нет смысла. Никаких полумер. Мы сделаем все, как должно, и только так освободимся. Только тогда все, – он жестом обвел людей вокруг, – будут в безопасности.
– Я в деле, – сказал Лунд. – Убьем ее.
Иззи удивленно взглянула на него, было видно, что внутри нее идет борьба. Потом она посмотрела на Кэсси.
– Кэсси? – спросила Иззи.
И Кэсси, не поворачиваясь, кивнула.
– Ага, – сказала она. – Сделаем, как должно.
Иззи неохотно согласилась:
– Ладно.
– Хорошо, – резюмировал Драммонд. Он выждал несколько минут, чтобы принятое решение получше улеглось, а затем добавил: – Что ж, тогда начинаем?
Не в первый раз в жизни Азаки чувствовал себя дерьмово. Иллюзия выбила его из колеи не меньше, чем ту старуху. Он чувствовал, что облапошил ее, показал то, что она желала увидеть, в чем так нуждалась и чего он никогда бы не смог ей по-настоящему дать. Он и раньше проделывал похожие штуки, чтобы заполучить особенные книги, но теперь эти поступки начинали его тяготить.
– Пиво, пожалуйста, – сказал он, подойдя к бару.
Бармен достал из холодильника бутылку. Азаки попросил записать на счет номера и уселся на табурет. В баре было немноголюдно – посетителей ровно столько, чтобы создавать приятный фоновый гул.