Боль взяла над ней верх. Боль жила в теле Рэйчел.
И боль помнила книги – те, что ее породили. Боль жаждала ими обладать.
В Библиотеке Фокса все было темным, иллюзорным и бесцветным, напоминая Кэсси то, что она видела в своем отчаянии. Посреди темного пространства они стояли в тишине, как группа теней, и вдруг силуэт, которым был Драммонд, вновь выбросил страницу Книги теней в ясный день. Нахлынул свет – так же, как и в прошлый раз, когда Кэсси оказалась в Библиотеке. Библиотека Фокса перестала быть Домом теней, она превратилась в настоящее, осязаемое здание на склоне холма на северо-западе Шотландского нагорья.
– Ух ты! – поразилась Иззи.
Хрустя гравием под ногами, они вышли за Драммондом во двор. В отличие от прошлого визита Кэсси, небо над головой было голубым, золотые солнечные лучи грели, несмотря на вечернюю прохладу.
– Как же здорово вдохнуть свежего воздуха, – пробормотал Азаки, щурясь на свету. – Который не воняет старой мебелью.
– Где мы? – спросила Иззи, и Драммонд ей рассказал.
Какое-то время они просто стояли перед домом, наслаждаясь воздухом и тишиной. Лунд держался с краю, сжимая в руке Книгу безопасности. Кэсси подтолкнула локтем Иззи и кивнула на здоровяка. Иззи подошла к Лунду и взяла его за руку.
– Как ты? – спросила она.
– Все ничего, – ответил он. – Вроде бы.
Книга безопасности, видимо, остановила разрушительный процесс, но надолго ли, они не знали. Поэтому еще в банкетном зале Драммонд сказал:
– У меня есть то, что, возможно, его вылечит. В Библиотеке.
Кэсси открыла дверь, и все они вошли в Тени.
Пока они стояли перед домом, на дальнем конце лужайки при свете дня Кэсси заметила еще одного оленя, который наблюдал за ней, как в прошлый раз. А возможно, это был тот же самый олень. Затем рядом с первым оленем появился второй и принялся лениво жевать, поглядывая на людей.
– Смотри, – Кэсси указала Иззи на оленей.
При виде их лицо Иззи просияло.
– Бэмби!
– Кто хочет выпить? – предложил Драммонд. – Где-нибудь в уютном месте?
– Да уж, давайте, – согласился Азаки. – Только что-нибудь поядреней.
Они вернулись в дом, а пока шли по вестибюлю, Азаки восторженно бормотал при виде стен сплошь в книжных полках. Гурьбой они поднялись по лестнице, миновали высокие витражи и вслед за Драммондом вступили в главную библиотеку.
Кэсси она показалась еще более величественной, чем в первый раз. Возможно, потому, что сквозь эркерное окно снаружи лился золотистый солнечный свет, придавая помещению объем, а креслам – уют.
– Вот я снова и дома, – довольно вздохнул Драммонд.
Он смущенно стоял, ожидая, когда остальные найдут себе стул или подоконник, чтобы сесть.
– Какой потрясающий дом! – восхитилась Иззи, сидя на подлокотнике кресла, в которое плюхнулся Лунд. – Это все твое?
– Тут даже горы его, – вставила Кэсси, которая, прильнув к окну, разглядывала озеро к западу от дома.
– И все книги, – подхватил Азаки.
Он сидел напротив Лунда и перебирал стопку книг на кофейном столике.
– Ну, так я предполагаю, – добавил он.
– Да это же дом твоей мечты, Кэсси, – заявила Иззи. – Здесь столько книг! И нет назойливой соседки.
Она улыбнулась, радуясь удачной подколке, а Кэсси в ответ состроила рожицу.
Взгляды Кэсси и Драммонда на миг встретились и вновь разбежались.
– Красиво здесь. – Азаки, вытягивая шею, глядел в окно.
Потом вскочил и встал рядом с Кэсси, чтобы насладиться видами природы. Что-то в солнечном свете напоминало Кэсси расплавленное золото. И в нем купалась вся долина – и горы, и озеро.
Драммонд, улыбнувшись, сунул руки в карманы.
– Это потому, что сейчас солнечно, чего почти никогда не бывает. Подождите, вот вернутся серость, сырость и туман, тогда увидите, что здесь еще прекраснее. Схожу-ка я за напитками. Все будут чай или кофе?
Собрав с гостей пожелания, Драммонд удалился. Кэсси с Азаки принялись рыться в книгах на полках, а Иззи стала глядеть в окно, пообещав предупредить, когда вновь появится олень. Лунд остался сидеть в кресле, откинув голову назад и закрыв глаза, как будто страдал от похмелья; к животу он прижимал Книгу безопасности.
Драммонд вернулся с подносом, уставленным кружками. Все сгрудились вокруг кофейного столика: одни уселись на стулья, другие, скрестив ноги, – на пол, и Драммонд раздал напитки.
– Я еще и шотландского печенья принес, – сказал он, ставя на стол тарелку. – Все должны поесть. Даже ты, Лунд. Нужна энергия. Она улучшит самочувствие.
Каждый взял по печенью, и несколько минут все молча жевали.
– Что теперь? – спросила Иззи у Кэсси, обхватив ладонями кружку с кофе.
– Не знаю, – призналась Кэсси. – Наверное, заживем нормальной жизнью?
Все замолчали, погрузившись в раздумья. Где-то в доме Кэсси слышала тиканье – тишину заполнял ритм старых напольных часов.
– Можно сделать и по-другому, – сказал Драммонд, опустив глаза в пол. – В мире все еще есть особенные книги. И те, кто ими пользуется – во благо или во вред.
– У этой женщины-продавца осталась Книга боли, – вставила Иззи.
– К чему ты клонишь? – спросил Азаки у Драммонда.