Женщина обвела взглядом парк: Лили лежала без сознания, лишь чуть подрагивая, закрученное облако поглощало свет Ясмин. Драммонд заметил, как на лице Женщины промелькнула тень злобы и ненависти, как будто кто-то выключил и тут же включил свет. Кровь как будто застыла в его жилах, сердце сбилось с ритма, а затем застучало с удвоенной скоростью. Он понял, что видел зло, абсолютное бесчеловечное зло, принявшее облик красивой женщины.
Смерч, окутавший Ясмин, схлопнулся, как взрыв при обратной перемотке, раздались мучительный крик и отвратительный хруст костей, словно мясник разрубил тесаком грудку животного, а вместе с хрустом – хлюпанье крови и мягких тканей, затем в один миг крик оборвался. Туман рассеялся, выпуская истерзанное тело Ясмин. Она рухнула на землю, как кожаный мешок с жижей внутри, ее кости были измолоты в порошок.
– Нет! – завопил Драммонд при виде того, что стало с его подругой.
Эта женщина, воплощение зла, превратила его веселую, яркую Ясмин в кусок мяса, забрала всю ее яркость. Глаза у Драммонда налились слезами, живот свело, и все внутри задрожало от ужаса. Он прикусил кулак, чтобы не позволить новому крику вырваться из груди.
Женщина подошла к месиву из кожи и хрящей, в которое превратилась Ясмин, и, наклонившись, подняла Книгу света. Секунды две она ее рассматривала, затем обратила взор на Драммонда.
– Драммонд Фокс, – произнесла она тихим хрипловатым голосом.
Она почти шептала, будто поддразнивая его.
Драммонд был готов закричать. Он был готов бежать. Застыть на месте, надеясь, что Женщина его не заметит, пусть она уже и смотрела прямо на него. Дрожащими пальцами он пытался нащупать в кармане страницу Книги теней.
– Отдай мне Библиотеку Фокса, – произнесла Женщина, непринужденно подойдя к лежащей в луже собственной крови Лили. Бросив быстрый взгляд на подругу Драммонда, Женщина подпрыгнула и со всего размаху обеими ногами приземлилась Лили на живот. Изо рта у той вырвался фонтан воздуха и крови.
– Прекрати! – не удержался Драммонд, отпрянув в ужасе. – Черт!
Женщина посмотрела на него, по-прежнему стоя на животе у Лили.
– Отдай мне Библиотеку Фокса, – повторила она тоном, который подразумевал, что она теряет терпение.
Драммонд замотал головой; его взгляд метался между лежавшим неподвижно Вагнером, месивом, в которое превратилась Ясмин, и окровавленным, изломанным телом Лили. Это были его друзья – люди, которых он любил. Которые никогда никому не причинили вреда. Такие яркие, веселые, такие живые – теперь их больше нет, они стали точками в конце прекрасной поэмы.
Он отступил, кляня себя за то, что бросает друзей, но зная: они бы хотели, чтобы он выжил и защитил книги от этой женщины. Пальцы в кармане наконец нащупали страницу Книги теней. Женщина сошла с Лили на землю и, вытерев подошвы о бетон, повернулась к нему.
– Отдай мне свои книги! – проскрежетала она, и лицо ее исказилось от ярости.
Драммонд оторвал клочок страницы и успел исчезнуть в Тенях до того, как Женщина, рванувшись с нечеловеческой скоростью, оказалась на том месте, где он стоял мгновение назад.
Выбегая из парка, он видел, как она все озирается, высматривая его.
Он бежал, спасаясь от образов, которые будут теперь преследовать его вечно; в Тенях он оплакивал своих друзей и то ужасное, что сотворила с ними Женщина.
Они встретились с Продавцом книг в лобби-баре гостиницы «Эйс» на Западной двадцать девятой улице рядом с Бродвеем. Иззи как-то была здесь на двойном свидании, когда только приехала в Нью-Йорк, и за все это время ничего не изменилось. Просторный, как в каком-нибудь банке, зал, разделенный широкими белыми колоннами, которые подпирают высокий потолок. Стены обшиты деревянными панелями, из освещения – светильники на столах да подвешенные на высоте лампы. В бар Лунд и Иззи зашли примерно в обед; внутри стоял негромкий уютный галдеж, люди хорошо проводили время за дружеской беседой. Иззи стояла рядом, пока Лунд рыскал глазами по залу; обнаружив в дальнем углу за столиком искомый силуэт, он сказал:
– Жди здесь.
– Нет, – возразила Иззи.
Лунд бросил на нее недовольный взгляд, но решил не спорить. Он направился к сидевшей на краю кожаного дивана женщине. При их приближении та подняла голову, и Иззи заметила, что она красива. Афроамериканка с темной кожей, большими глазами и высокими скулами. Бритая наголо, массивные яркие сережки в ушах. Одета она была в дорогой серый костюм и расстегнутую на груди алую блузку, на шее на цепочке болтались очки. Женщина сидела, закинув ногу на ногу, и Иззи увидела дорогие туфли на шпильках под цвет блузки. На столе перед ней стоял коктейль.
Женщина подняла на них взгляд.
– Чем-то помочь?
– Азаки больше нет, – сразу объявил Лунд.
Какое-то мгновение женщина, слегка поджав губы, осмысливала услышанное.
– А вы?..
– Лунд, – ответил Лунд. – Я был с ним.
На диван рядом с ней он бросил телефон Азаки.
– Телохранитель, – догадалась она.
– Его застрелил лысый человек, – сказал Лунд.
– Лысый человек, – повторила Лотти.