- Вот и всё. Прощай, милый друг, - сказал он и закрыл Сверчку глаза. Не потому, что так требовал обычай. В его жесте угадывался порыв собственника, желающего спрятать от посторонних нечто, принадлежащее только ему.
- Что еще за ком с горы? - послышалось у него за спиной. - Недобитый, что ль?
Желтушный разбойник с длинными, сальными патлами, опьяневший от вина и одуревший от безнаказанности, принял его за гостя.
- А ну-ка, купчишка, скидывай одежу, если жизнь дорога! - Он имел неосторожность приблизиться. Вцепившись грязной лапой в атласный плащ, он скорчил свирепую рожу.
Темнозрачный одним движением свернул ему шею и оттолкнул. Никто не обратил на это внимание, разве что Скудота Кривой.
- Он же из наших! - не слишком уверенно и запоздало вступился он. - Ты что, дурка?
- Нет. Просто я очень зол, - буркнул Темнозрачный и, перешагнув через тело желтушного, побрел дальше, рассматривая трупы и думая о своих заклятых врагах.
Как славно все начиналось! Приготовления прошли без особых помех, и к назначенному часу все его слуги заняли свои места. Потом с помощью своих детей, он собрал над городом грозовые тучи, и Двуречье погрузилось во мрак. Ливень и темнота послужили отличным подспорьем черному делу. Но вмешался Случай. Произошло-таки непредвиденное. И он, до сегодняшнего дня опережавший своего противника, вдруг сразу оказался на два шага позади. Огнишек исчез, а вместе с ним держава! Почему вель и его девка не умерли вместе с другими? Ведь по большому счету, все затевалось из-за них. И где теперь их искать в такущей темени?
Будь ты проклят, Случай!
Темнозрачный остановился перед окном. Дождь лил как из ведра, мощные струи неистово хлестали по стеклу. Белокаменная гробница Велигрива казалась кораблем, плывущим средь бушующих волн, а сам мудрый вель стоял на мостике под навесом, который держали четыре мускулистые, бесплодные бабищи, и указывал путь.
Ну и куда ты теперь, Гривата?
За сплошной стеной ливня Темнозрачный увидел свет в одном из окон Башни велей.
- Хранитель! - прошептал он. Закутался в плащ и исчез.
Пламя лампад неистово заметалось. Годяй Самыч, сидевший над книгой, вскинул голову и стал озираться по сторонам в надежде, что Велигрив явит еще какое-нибудь волшебство. Посмотрел на чернильную лужу, на лампадки, на зеркало.
Темнозрачный хотел затаиться, но не мог стоять спокойно, потому что в Башне слишком сильно пахло велями. Во Дворце и то так не воняло! Дыхание сперло, из глаз брызнули слезы - не научился он противостоять добрым чарам, хотя и давним. Как ни старался, так и не смог приспособиться, не изобрел способа защиты. Вышел он из своего укрытия, оттого что нестерпимо жгло пятки, и стал от стены к стене метаться. Он и пола-то почти не касался, скользил над ним, как паук-водомерка по озерной глади. И шелковый плащ за спиной развевался.
Увидев незнакомца, передвигавшего странным образом, хранитель от удивления рот раскрыл. Почувствовав недоброе, вскочил, но Темнозрачный удлинившейся конечностью толкнул его обратно в кресло.
- Ты что? Да как ты смеешь? - возмущенно воскликнул Годяй Самыч.
Темнозрачный криво усмехнулся и начал превращаться против своей воли в чудовище, не в силах сохранять человеческое обличие на освященной земле. Его черная сущность, осязая велев дух, так и лезла наружу, являя себя во всей неприглядности.
- Ты кто? - спросил Годяй дрожащим от страха голосом.
- Не знаю даже, как представиться, - голос Темнозрачного скрипел, как несмазанные дверные петли. - Хотелось бы придумать что-нибудь этакое, оборотистое… красивое, как в песне. Или что-нибудь внушительное, чтобы ввергнуть тебя в трепет. Да вот, что-то ничего подобное не идет на ум…
Годяй Самыч, выпучив глаза в изумлении и ужасе, смотрел, как корчится непрошеный гость, как проступают в его облике уродливые, звериные черты. Хребет дугой поднимается. Кожа пузырится и чернеет.
- Ой, беда… Ой, беда-то какая, - запричитал старик. - Что же это деется… Да как же? О, боги Трижды Великие, пресветлые…
- Громче зови! - пророкотало чудовище. Его голова вытянулась, челюсть выдвинулась, глаза запали. На лбу выросла шишка и прозрела, став глазом. И понятно было, что такие звери нигде на земле не обитают.
Хранитель скосил взгляд на рисунок Злыдня в открытой книге, за изучением которой застал его страшный гость. Пусть картинка была неточной копией, но определенное сходство угадывалось…
- Ты спрашивал, кто я, - произнес Темнозрачный. - Скажу просто - Я Твоя Смерть.
“Так вот, ты какое… Исчадье Мрака!“ - успел подумать Годяй за одно мгновение до того, как чудовище взмахнуло хвостом и снесло ему голову.
Выпростав четырехпалую, когтистую лапу, Темнозрачный ловко поймал голову за бороду и торжествующе захохотал, глядя, как из обрубка на плечах забила кровь. Туловище медленно наклонилось вперед и приткнулось к столу, заливая дубовую крышку густой, алой, пузырящейся жижей.
- Что это у нас такое? - Темнозрачный подхватил с подставки книгу и, увидев собственное изображение, не очень-то и похожее, заморгал удивленно всеми тремя глазами.
