В стене действительно обнаружилось нечто похожее на рычаг. На нем висел живописный холст в массивной золоченой раме, изображавший бурелом в лесу, где по поваленным деревьям лазили медведи, чем-то похожие на лошадей.
- Хоть кто-нибудь на земле умеет рисовать медведей? - пробурчал Горислав, снимая старую картину.
Толстый, гнутый уголком стержень можно было ухватить двумя руками. Горислав подергал крюк, попробовал повернуть, и когда тот поддался, повис на нем. И в страхе отскочил, когда заскрежетали камни, и шкаф с треском, грозя развалиться, начал поворачиваться вместе с куском стены вокруг своей оси на каменной половине жернова.
Открылся узкий, низкий, темный проем. Сразу от входа начиналась винтовая лестница. Судя по толстому слою пыли, ею давно не пользовались.
- Тайник! - Молодой человек возбужденно указал на очевидное. - Я знал, что в Хранилище должны быть тайники. Я нашел один в подземелье. Выходит, самый ценный клад все время находился в Башне!
После нескольких месяцев малопродуктивных поисков обнаружилось, что искомое было прямо перед глазами! Ведь столько раз пялился на этих уродских медведей!
- Заклинь плиту, чтобы обратно не встала, - приказал Горбуль.
Мощный, железный засов, находившийся на плите ниже уровня пола, задвинулся в глубокую щель легко, потому был хорошо смазан. Вероятно, об этом позаботился последний вель-хранитель Всевлад.
- На старых картах ход не отмечен.
- Тогда бы он не был тайным, - заметил Горбуль и шепотом добавил. - На земле много разных ходов, но большинство из них остаются закрытыми, потому что люди не знают, как в них войти.
- А ты знаешь?
- Да откуда, - махнул лапкой вестник. - Я же, так… деревяшка говорящая.
Ужас и переживания последнего часа отступили. Горислав почувствовал себя первопроходцем, стоявшим на пороге величайшего открытия. Он уже предвкушал, что вот-вот приподнимет завесу над величайшей из тайн мира, постигнет сокрытое…
Согнувшись в три погибели, потому что только так и можно было протиснуться в проем, он ступил на лестницу. В тусклом свете лампады он увидел оплетенные пыльной паутиной предметы древней поклажи. Страшно было представить, сколько сотен лет они лежали, никем не тронутые, и дожидались своего срока.
Время настало.
Затаив дыхание, охваченный восторженным трепетом Горислав разглядывал вдавленный плашмя в каменную кладку меч, очень похожий на тот, которым владела Неждана. Вероятно, и выкован тем же древним мастером-ноктисом. Под ним лежали запыленные ножны, а на ступени ниже - затянутые паутиной другие вещи: кожух с выпуклым изображением Ключа Жизни, пузатый, глиняный горшочек и туго набитый мешочек.
- “И было дано каждому Избранному три вещи: меч, конь и Ключ“, - вспомнилось Гориславу. - Неужели…
- Ух, ты! Сокровища-то, какие! Теперь они твои, - разрушил торжественность момента Горбуль. С предметов слетел покров таинственности. - Ну, чего стоишь? Хватай!
Меч сверкал и переливался. Холодный блеск клинка не потускнел за века. Осторожно прикоснувшись к нему, Горислав прислушался к необычным ощущениям. Провел рукой и попытался ухватить рукоять, желая выдернуть меч из стены.
- Даже зазора нет. Он будто врос в камни.
- Так ты волшебные слова произнеси, - подсказал вестник.
- Какие еще слова? Я книговед, а не волшебник.
- Там же все написано. Вот и читай, коль книговед.
Действительно, на клинке перед крестовиной имелась надпись. Молодой человек поднес лампадку и прочитал замысловатую велеву вязь: “Служу добру, право за мной“. Но ничего не произошло. Тогда Горислав повторил имя меча громче.
- Нет. Не получается, - до боли прикусив губу, Горислав замотал головой. - Должно быть что-то еще. Постой! - Он ухватился за мелькнувшее воспоминание. - “Служу добру, право за мной“ - это имя меча.
- Так, а что говорю! - прошептал Горбуль, вскарабкавшийся к нему на плечо.
- Мне нужна моя кровь! - твердо произнес Горислав.
- А кто ее у тебя отнимает?
Они посмотрели друг другу в глаза.
- Нанеси мне рану, так чтобы кровь потекла. Сам я не смогу.
- Хорошо, - согласился Горбуль без раздумий. - Нож есть? Много крови нужно?
- Сколько надо для клятвы на крови? - Горислав потянулся к своей сумке за складным ножиком.
- Понятия не имею. Проведем опыт, и по ходу дела станет ясно. Начнем с пары капель. Ты лезвие над пламенем подержи, чтоб заразу не занести.
- Заботливый.
- Кто, как не я, будет о тебе заботиться.
- Кровь откуда должна быть, из руки? - При мысли о неизбежном и необходимом членовредительстве, лицо начало неметь, под ложечкой засосало.
Вестник почесал голову.
- А, может, из пальца, а? Какая разница? И левую руку давай, если ты правша.
- Она сказала, для того, чтобы меч слушался руки, - обратился к своей памяти Горислав, - надо назвать его имя и произнести: “Я твой новый владелец“, и своей кровью на мече поклясться защищать добро.
- Кто такая “она“?
- Не важно. Я тебе порядок действий рассказываю, если вдруг…
- Не думай ни о каких “вдруг“. У тебя все получится, - твердо произнес Горбуль и взял ножик. - Острый? - Он полоснул себя по предплечью, проверяя заточку. - Огонь давай.
