- Э-э, Горик, подожди! - остановил его Горбуль. - Если конь появится, то, как мы его отсюда выведем?
И в самом деле! Об этом он не подумал. И хорошо, что волшебный конь не пожелал явиться.
- Возьмем с собой. Потом разберемся, в более подходящих условиях. Может, на него тоже надо кровью капнуть? Что такое? - Горбуль встревожился, глядя на Горислава, который хватал воздух открытым ртом, чтобы удержать рвущие наружу рыдания. - Да ладно тебе, не расстраивайся. Значит, не время еще. Потом коняка обязательно появится.
- Я не поэтому…
- Что опять? - Вестник топтался, проявляя недовольство и нетерпение.
- Похоронить надо дедушку. - Одного взгляда на обезглавленное тело хватило для того, чтобы хлынули слезы.
Ужасной смертью умер дед. За что? Человек он был добрый, отзывчивый, терпеливый, не обозлился на весь белый свет и не проклял судьбу горькую, когда умерли все родные. И врагов у него не было, вот только Злыдню как-то перешел дорогу…
- Уходить надо из города! Да и где ты сейчас его похоронишь? Не в воду же его опускать. И костра не разведешь.
- Но не оставлять же его в таком виде! Не по-людски как-то…
- Ну, смотри. Я-то успею улететь.
Горислав выдвинул скамью на середину и перетащил на нее тело деда. Сложил руки на груди, как положено, приладил на место голову. С трогательной заботой стал разглаживать складки дедовских одежд и подтыкать длинный подол выходного облачения. По ходу дела, боязнь перед мертвецом пропала, появилась отрешенность.
Что-то выпало из дедовского кармана и покатилось по полу. Заглянув под лавку, Горислав подобрал большую, круглую печать Главного хранителя книжных знаний. Это было предназначенное для оттисков на воске изображение совы с полураскрытыми крыльями, державшей в одной лапе свиток, а в другой меч. Годяй Самыч унаследовал печать от своего предшественника вместе со связкой ключей от всех дверей Хранилища. Правда, пользовался ей очень редко, но осознание того, что сей предмет некогда принадлежал самому мудрому Велигриву, ему необычайно льстило.
Горислав убрал печать в дорожную сумку - святыня как-никак! - дабы сохранить для будущего. Безотчетно он пытался поддержать порядок.
Накрыв тело деда плащом, с вышитым на спине изображением той же совы, он опустился на колени, чтобы попрощаться и помолиться. Молитв он не знал, поэтому обращался к богам своими словами.
- Какая живительная штука, - раздался в поминальной тишине голос Горбуля. Тот стоял на четвереньках и лакал разлившуюся на столе кровь. - На дорожку хлебнуть не желаешь, а?
- Нет, спасибо, - отказался Горислав. При виде кровавого пира ему стало муторно. Все это время каким-то образом ему удавалось сдерживать рвотные позывы, но тут его внутренности взбунтовались, стремясь вывернуться наизнанку. Его стошнило прямо под скамью.
- Горик, Горик, кто-то идет сюда, - подлетел к нему Горбуль. - Злыденыши это. Бежим. Давай, скорее. Я захвачу коня.
Горислав поднялся и заплетающейся походкой направился к темному проему в стене.
- Картину на место повесь! И светильник возьми. - Горбуль с горшком влетел в проем. - Засов отодвинь!
Прежде чем каменная плита встала на место, до Горислава донеслись далекие голоса, не голоса даже, а отрывистые восклицания или повизгивания…
Он с силой задвинул засов, заклинив плиту и, таким образом, отрезая путь преследователям.
У подножья винтовой лестницы начинался подземный ход - извилистый и длинный, с низким сводом, но без ответвлений. Гориславу пришлось идти, пригнувшись.
- Давай, я понесу лампаду, - предложил Горбуль. - Мне оно сподручней. На, забирай своего коня.
- Это не конь, а простой горшок.
- Конь.
- Горшок.
- Короче, забирай. - Горбуль вручил Гориславу горшок. - Давай сюда лампаду.
Горислав хотел распрямиться, но, ударившись головой о потолок, снова согнулся.
- Почему здесь такой низкий свод, если этот ход сделали великаны?
- С чего ты взял?
- Но это же тайный ход. А все тайное - велево. Как они тут ходили?
- Люди его прорубили. И как раз по себе. А великаны, если хочешь знать, подземными ходами не пользовались, - пояснил Горбуль, летевший впереди и освещавший дорогу. - Когда им было нужно, они переносились при помощи волшебства.
- Не придумывай.
- Хорошо, не буду. Но не такими уж высоченными были, как ты себе представляешь. Что нынешние великаны очень высокие?
- Я б не сказал… Видные, конечно. Но люди тоже бывают такими длинными.
- В том-то и разница. Люди - длинные, а великаны - высокие.
- В Прошлом люди головы запрокидывали, чтобы увидеть лицо великана. Написано же в “Повестях“, что когда посланцы народа пришли к великанам просить их освободить землю от Зла, и обращались к ним, их бороды торчали вверх.
Горбуль заскрипел - засмеялся, значит.
- Когда стоишь на коленях, все вокруг кажутся высокими.
Тоннель заканчивался наклонной деревянной дверцей, прогнившей и почерневшей. Из щелей между досками бахромой свисали корни. Дождевая вода, пропитавшая насквозь почву на поверхности, просачивалась в подземелье, стекала на пол, размачивая и превращая в скользкую грязь многовековой слой пыли на выходе.
