Комната утешения полностью

Вот ты говоришь, чего мне не уехать еще дальше, если тут плохо, а там хорошо.

Я беру и еду. Иногда дело идет маленькими шажочками и становится лучше, иногда смело шагает – сразу в яму.

Это твое ХОРОШО прекрасно от меня бегает.

Или вот ты говоришь: хочу карьеру, хочу детей, хочу купить дом. Хочу много денег. Господи, как я тебе завидую: мне тупо хочется хотеть. На твои желания я могу до посинения говорить «и чё?». Не обижайся. Я знаю, я ужасная. Кстати, никто не заставляет тебя со мной говорить. Что говоришь? Интересно, что я думаю? Да пожалуйста. Ну вот, скажем, есть у тебя карьера, и? Общественное уважение? Поздравляю, а дальше? Стабильное финансовое положение. Прекрасно, ну допустим. Хотя нет, не будем допускать: а чё, без звездной карьеры нельзя? Ладно, едем дальше. О детях даже начинать не буду, но вот дом-то тебе зачем? Чтобы что-то иметь, чтобы чем-то владеть, ага-ага. Мне? Нечего ответить? Ты прикалываешься? Я просто не придумала еще, с чего начать. Вообще не начинать? Как скажешь. Заканчиваю.

Ты знаешь, кстати, что слова КОНЕЦ и НАЧАЛО этимологически родственные? Ну вот есть какая-нибудь КОНЧИНА, потом плавно двигается к ЗАЧИНУ, ЗАЧИНАТЬ, НАЧИНАТЬ. Прикольно, да? Получается, всё есть круг. Получается, вопрос ЗАЧЕМ вообще никакого смысла не имеет: ты только открываешь рот, чтобы его задать, а время уже вышло.

Чего-чего? Да правда не услышала, связь – отстой. Что у меня в голове? Ой, лучше тебе не знать. Я сама стараюсь в это не лезть лишний раз. Вот прямо сейчас думаю о том, что можно хотеть чего-то, имея в виду не пространство, а время. Ну-у, например, ХОЧУ К МАМЕ – это иногда не о реальной встрече, а о собирательном ощущении-ситуации. Хочу-к-маме не сейчас, а хочу в то состояние, где Мама, детство, вкусненькое что-нибудь в холодильнике лежит. И весь мир тебе по плечу, хотя ты от силы – метр двадцать. И если вдруг время тормозит, надо задуматься о пространстве – только тогда, именно в таком порядке, и никак иначе. Кажется, что это вообще-то очень очевидная мысль. Я? Нет, я не хочу. Я ни к кому и ничего не хочу.

Да нормально все. Готовлюсь целыми днями к экзамену. Да, по шведскому. Ха-ха. Мы же только что обсудили, что любое ЗАЧЕМ – глупый вопрос. Не знаю зачем. Просто. Чтобы что-то делать. Может, получу стипендию, поеду, посмотрю, как люди живут. Или нет. Какая разница-то?

Блин, прости. Как всегда, меня много, просто жесть какая-то. Я затыкаюсь. Клянусь. Могу даже тряпку в рот кляпом засунуть. Или язык в жопу.

Ты-то как? Алло! Слышишь? Ау. Эй!

(Количество слов в минуту: неизвестно)

Сегодня выглянуло солнце.

Утром шел снег, но после обеда природа сделалась щедрой на простые удовольствия.

Я закрываю глаза и пытаюсь не шевелиться.

– Выйдем на балкон? – спрашивает Аля. Она тут, рядом, пьет ромашковый чай в надежде, что он успокоит нервы.

Холодно, – говорю я, не открывая глаз.

Аля, должно быть, жмет плечами.

Я слышу, как она переставляет стул поближе ко мне, чтобы тоже смотреть на солнце (или чтобы солнце смотрело и на нее тоже – это как рассудить). Пододвигает стул близко-близко, чтобы локтем касаться моей руки на подлокотнике. Я сохраняю позу и намерение оставаться невозмутимой как можно дольше: сижу с закрытыми глазами и пытаюсь не шевелиться.

– Я не понимаю, зачем люди делятся проблемами.

Чтобы разделить их на несколько частей?

– Ну. Да. Но в жизни-то это не работает.

Сижу с закрытыми глазами и пытаюсь не шевелиться.

– Когда я открываю рот, из него вылетает одно нытье.

С этим сложно поспорить.

– Да хватит уже. – Аля щиплет меня над коленкой.

Больно. Это не заставит меня двинуться с места. Но заставит удержаться от лишних, по ее мнению, комментариев.

– С тобой по-другому, но с остальными… Не знаю. Это просто не имеет смысла. Зачем говорить, как ты себя чувствуешь, если это плохо и если это никогда не помогает?

Так не говори тогда.

Солнце заходит за облако и перестает греть.

– Что мне сделать, чтобы стало лучше?

Я сижу с закрытыми глазами и пытаюсь не шевелиться.

Попробуй не рассказывать, а спрашивать.

#

Опять

идет

снег

(солнце не задержалось даже на какой-нибудь час).

Что поделать с тем, что сейчас середина апреля?

В этом году вообще творится что-то странное:

или мы с якобы цветущем месяцем до неприличия разгармонировались,

или он пришел как-то совсем не вовремя.

Я чищу картошку. С ножами для чистки как-то по жизни не складывается, поэтому я не скребу, а срезаю. Кожура длится, вьется, сочится, еще чуть-чуть – и на елку дождиком.

Голос Али звучит из-за спины – я вздрагиваю, нож скользит.

– Я не знаю, о чем говорить с людьми.

Бросаю нож и картофелину в раковину. Три (откуда три-то?) красные царапины на верхней фаланге правого указательного. Перед тем как сунуть палец в рот с целительной слюной, огрызаюсь:

Погугли.