В этот раз он откупился от Джонни ценой нескольких дней жизни.
Арно решил, что все улажено. Какое облегчение! Все разрешилось полюбовно. Удивительно, но Энджи сразу одобрила такое решение. Теперь они с глазу на глаз оценивали принятое решение.
— Так будет лучше всего, — сказала она. — Неизвестно, как мы будем кидаться друг на друга ближе к концу.
— Хм… Всякое дерьмо полезет, — согласился Арно. — Согласен. Я тоже думал об этом.
Они поделились с Джоном. Сегодня он должен был их покинуть. Жизнь прекрасна!
Женщина распечатала рацион, достала пакет с апельсиновым соком и прильнула к трубочке. В воздухе поплыли оранжевые капли.
— Ой, что это? — она поймала рукой один шарик. — Дырявый?
Вдруг она закашлялась, и ее скрутило от боли.
— Энджи! Что с тобой?
Она не ответила.
Арно не смог ей помочь.
Эмоций не было. Все внутри словно выгорело дотла. Арно хладнокровно заблокировал вход и поплыл по изогнутой трубе отсека в исследовательскую зону.
К своему рациону он так и не притронулся. Мужчина взял остатки сока из ее тубы. Не нужно было экспресс-анализа, чтобы понять: внутри яд. Возможно, какой-то медицинский препарат в опасной дозировке? Любимая крыса Энджи, которую та не решалась усыпить, издохла, стоило ей слизнуть сладкую оранжевую каплю.
Арно поплыл обратно. По пути он зарулил в технический отсек и достал ракетницу. Заряды со специальными реактивами предназначались для горения в бескислородной атмосфере. На его памяти еще ни разу не требовалось подавать сигнал, но инструкции есть инструкции.
«Слава бюрократии».
На обратном пути он снова увидел Энджи, которая раскачивалась на стропах спиной к нему, и мимолетно обрадовался, что не видит ее лица. Короткие волосы в свете ламп золотились, как нимб. Он не верил в ангелов, но если верить, то только в таких.
Арно разблокировал вход в основной отсек, оттолкнулся влетел внутрь. Там он врезался в Джонни и впечатал его в стену.
— Зачем ты это сделал?! — прорычал командир в ухо ублюдку. — Мы же договорились!!!
Тот оскалился.
— Затем, что мне нужно все!
Джон оттолкнул противника, и они разлетелись в разные стороны.
— Я убью тебя, сволочь, сукин ты сын….. мать!!!.. тебя!!!
Командир прицелился. Почуяв, что запахло жареным, Кветмэн подпрыгнул в узкой трубе отсека, оттолкнулся от потолка и рухнул на Арно. Они как одержимые сражались за ракетницу.
Никто из двоих так и не понял, кто нажал на спусковой крючок.
Стенки отсека были прочными. Но никто не учел, что внутри будут палить из ракетницы. Станционная автоматика при разгерметизации автоматически блокировала входы.
Смерть от взрывной декомпрессии весьма неприятная.
Но довольно быстрая.
Арно проснулся. Надрывался сигнал тревоги.
— Проклятье… — выдавил он. — Твою ж…
Он был жив. В легкие струился живительный воздух. Кровь не вскипала в жилах, и глаза больше не лопались. Пожалуй, в этот раз он был особенно рад пробуждению, хотя это сулило новый виток кошмара.
Арно был на пределе. Больше он не выдержит. Проще застрелиться или принять яд. Но нельзя. Он командир станции и не может себе этого позволить. Надо быть сильным.
«Ради других».
— Колосс Туртурески упал на Землю, — сказала Энджи, когда он добрался до рубки.
Арно не требовались слова. Он и так все знал. Все плохо, все умрут. И они с Энджи тоже. И даже ублюдок Джонни. Кстати, о Джонни…
— Надо состыковаться с «Ксерксом», - нейтрально сказал командир. — Сколько там осталось времени?
Перед ним стоял нелегкий выбор: саботировать стыковку и потерять ресурсы или принять Джонни на борт станции и нажить себе уйму проблем.
Неделю спокойствия он выиграл за счет того, что изменил положение станции. Неверный градус, и стыковка становится невозможной. «Ксеркс» летит дальше. Арно нужно было время подумать.
Они с Энджи наблюдали гибель Земли в прямом эфире. На мгновение командира захлестнуло чувство нереальности происходящего, словно он смотрел фильм-катастрофу. Не хватало только стакана с газировкой и попкорна.
«Лучшие места! Все для вас». Он нервно хихикнул.
— Арно!
Кажется, он сказал это вслух. Женщина смотрела на него, как на полного придурка, с жалостью и немного брезгливо.
— Прости.
Энджи ударила его в грудь сжатым кулачком.
— Возьми себя в руки! — выпалила она. — Командир ты или нет?
— Стюарт! Держите себя в руках, — напомнил он о субординации.
— Да, сэр, — бледная тень улыбки скользнула по ее губам. — Слушаюсь.
Она держалась стойко.
Через неделю все было готово. Командир сменил коды доступа на аптечках и хранилищах с гермокостюмами, не поставив никого в известность. Когда Джонни пристыковался, то Арно попросил его переправить на станцию лекарства. Они переговорили наедине.
— У нас тут чрезвычайная ситуация, — пожаловался он. — У Энджи, как ты знаешь, погибла вся семья: родители, сын. Она чуть не покончила с собой. Так что от аптечки мало что осталось. Требуется пополнить запасы.
— Да не вопрос, — откликнулся Джон. — Ужас. Ты за ней присматривай, как бы чего не случилось.
«А ты и рад, приятель».
