Через несколько часов тот пристыковался и доложил о начале и окончании ядерной войны.
— Гребаные узкоглазые. Восточный Конгломерат нанес удар, наши ответили. Славянски Конгломерат добавил жару.
Как все и говорили, это долго не продлится. Победивших и проигравших в этой войне не будет. Оружие устрашения стало орудием судного дня.
У них было четыре месяца при стандартном рационе, если задействовать воздушные и водные регенераторы с «Ксеркса».
— Я демонтирую регенераторы, — сказала Энджи. — Резервуары с водой мы тоже сможем опустошить. Надо только соединить со станционным приемником. Джон будет из рубки управлять, а я выйду в открытый космос. Ты будешь принимать на «Ойкосе». Нас трое, так что все получится!
— Хей-хей! Полегче! — забеспокоился Джонни. — Давайте не будем рисковать. Если что-то пойдет не так, мы…
— Нет, — оборвал Арно. — Я тебе доверяю, Кветмэн. Все пройдет так, как надо. Сделаем это сейчас.
— Но… — запротестовал тот.
— Никаких но. Я ваш командир, и я принял решение.
На сей раз операция прошла по плану. Но командир лично проверил все гермокостюмы, в том числе и резервный. Воздушные патроны были на месте. Впрочем, сейчас Джону не было нужды портить оборудование.
На «Ксерксе» ресурсов на полтора месяца. На одного. А на станции три месяца, а с помощью «Ксеркса» все четыре. На троих. Логично, что нужды бежать у него пока нет.
Однако Арно будет следить за Джонни. О, он будет следить, очень хорошо будет следить за ним.
Арно предложил Энджи транквилизаторы.
— Мне кажется, тебе надо поспать.
— Тебе кажется.
Женщина оттолкнула руку с инъектором.
— Сделай это для меня, — попросил он. — Так будет лучше для всех.
— Для всех?! Да что ты знаешь?!
Слезы, крик, боль. Это повторялось. Он знал и помнил все. Но все равно ему было больно и страшно видеть ее такой.
— Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — через пару месяцев спросила его Энджи, когда Джонни отлучился в соседний отсек. — Джон нормальный парень и хороший член экипажа. Мне кажется, ты ему не доверяешь.
Арно безрадостно рассмеялся.
— Ты хочешь сказать, что у меня паранойя?
— Я этого не говорила.
Но подумала. Наверняка. Он ее понимал. Командир вел себя странно. Но он не мог ей рассказать о своем вещем сне. Она бы не поверила, сочла бы все галлюцинацией. На сей счет имелись вполне определенные инструкции. Арно могли изолировать в спальном отсеке. Если Энджи поделится тайной с Джоном, так и будет.
Арно боялся за Энджи больше, чем за себя самого.
— Хорошо. Пусть паранойя, — покладисто согласился он. — Но ты присматривай за ним. У меня нехорошее предчувствие. У него там тоже остались близкие, но он на редкость спокоен. И еще мне не нравится, как он на тебя смотрит.
Вообще-то Джон был здоровым молодым мужчиной, но это не повод.
Они заперты на утлом суденышке в вышине, и это суденышко вечно будет падать в гравитационный колодец, а планета будет вечно ускользать от спутников в вышине. Но иллюзия свободного падения не означает абсолютную свободу и вседозволенность.
Арно надеялся, что защитит себя и Энджи, если дойдет до дела.
Невозможно бодрствовать круглые сутки.
Однажды Арно очнулся с головной болью, связанный по рукам и ногам, как гусеница в коконе. Джон опутал его стропами и зафиксировал пеной на стене. Мужчина застонал. Его тошнило. Кажется, было сотрясение мозга. Хоть бы не вырвало! В невесомости он может задохнуться рвотными массами.
— А… Очнулся наконец, — услышал он знакомый голос и скосил взгляд влево, где плавал Джонни. — Я все ждал, чтобы толкнуть прощальную речь.
Кветмэн отсалютовал фляжкой и присосался к трубочке. Что-то Арно не припомнил, чтобы на станции был алкоголь. Наверное, из его личных запасов?
Командир прокашлялся.
— Развяжи меня, — сказал он, стараясь, чтобы в голосе не было предательских ноток паники. — Развяжи, и мы поговорим, как цивилизованные люди.
Он хотел спросить, где Энджи, но не стал. Не хотел показывать, что переживает за нее. Нельзя давать Джону дополнительных рычагов для давления.
— Думаешь, все так просто? — хмыкнул мужчина напротив. — Я отпущу, а вы свяжете меня и вытолкнете в открытый космос.
«Вы свяжете», - сказал он. Значит, Энджи была свободна. Она могла закрыться в исследовательском модуле. Арно надеялся на это. Если нет, шансов у них обоих тоже нет.
— Ты сошел с ума!
— Я знаю, — пробормотал Джонни. — Я все знаю. Когда у вас не останется ресурсов, вы от меня избавитесь.
— Нет! Ты ошибаешься, — сказал Арно. — Ты просто устал, приятель. Давай поговорим. Все можно исправить. Еще не поздно.
Джон выпрямился и подплыл совсем близко. Его смуглое, искаженное злобой лицо, покрытое бисеринками пота, оказалась совсем близко.
— Поздно, — прошипел он в лицо Арно.
Коандир размышлял об Энджи и о том, что собирался сделать. Если она так же спелената, как и командир, то не сможет помочь. Но если не сделать ничего, они останутся наедине с психопатом на борту. Сдаваться без боя нельзя, иначе все бесполезно. Он должен бороться!
— Что молчишь?!
