Руки уже потянулись к желанной добыче, тут за занавеской послышались грохот колес, голоса и дребезжащее старческое ворчание.
«Не успела!» – с ужасом подумала я и едва смогла нырнуть за кровать. Гардина была отброшена в сторону нетерпеливой рукой слуги.
– Быстрее! Быстрей! – ворчал старик, подгоняя прислугу. В стеклянную комнату ворвалась толпа народу.
«Черт-черт-черт! Что же мне делать? Если меня застигнут на месте преступления, разразится скандал!»
На глаза попалась открытая створка окна. Не мешкая, я рыбкой нырнула туда и замерла. Увы, в соляной столб я превратилась не потому, что ноги служанки громко протопали там, где я только что сидела, а по причине разверзшейся подо мной бездонной пропасти. Сжавшись, я стояла на четвереньках: внизу узкий бетонный карниз, слева ничего. Пустота, устремляющаяся вниз, где-то там далеко, за пеленой городского тумана улица, тротуар, деревья и одинокие точки авто.
Сглотнув, я решилась передвинуть руку. Не так уж и страшно. Теперь колено, другую руку. Вот я и сделала один шаг. А теперь, потихонечку перебирая то руками, то ногами, ползем прочь на дрожащих конечностях, пока нас не застукали.
Уползая из поля зрения пособников бессмертного вампира, я все-таки выглянула и краем глаза успела заметить, как старика на каталке подвозят к кровати. За ним бежала прислуга с полной охапкой кровяных пакетов, а медсестра уже развешивала новые капельницы. Путь до следующего открытого окна показался мне мучительно-бесконечным.
Больше высоты пугал голубь, сидящий впереди на карнизе. Мшисто-серое, пыльное создание со свернутой на сторону шеей. Летающая крыса приоткрыла клюв и загурчала, предвкушая добычу. Это была одна из обращенных птиц, мерзкая кровососущая тварь, выживающая за счет того, что пролезала в стойла к животным и, расковыряв клювом кожу, напивалась крови своей жертвы. Такие птахи опасны тем, что, обратившись и одичав, стали нападать стаями. Я огляделась, голубь был один.
– Кыш!
Пернатая зараза или была сыта, или посчитала меня слишком трудной добычей. Потоптавшись, птичка снялась с места и улетела, освободив мне дорогу. Я с облегчением ввалилась в окно подсобки. Встав на ноги и оглядевшись, тихо взвыла. Это была комната для слуг и хранилище кровяных запасов. Прямо за моей спиной большая створка холодильника с механическим чаронепробиваемым замком. Выхода из помещения нет! Единственная дверь вела в стеклянное гнездо.
Мысль вылезти вновь наружу и обойти по карнизу здание, ища другие окна, я задавила на корню. На этот раз мне повезло, но кто знает, что будет в следующий?
Встав за портьерой, я прислушалась. Голоса и звук шагов покидали комнату. Слуги уходили через другой выход. Может быть, мне удастся переждать день здесь?
– Выходи, не бойся, я слышу твое сердце, – донесся до меня усталый старческий голос. Прятаться дальше было глупо, все равно уже обнаружена. Ох, и влетит мне сейчас. Я нерешительно вышла из-за портьеры.
Пакеты со свежаком явно пошли ему на пользу: лицо вампира потеряло землистый оттенок и местами порозовело.
– Я догадываюсь, зачем ты пришла сюда… -проскрипел Дракон.
Пару секунд я раздумывала, не понимая, о чем старик говорит. Неужели он знал, что я приду сюда искать доказательства его предательства? Но потом до меня дошло, о чем думал высший, и я покраснела от стыда до самых корней волос. Редко, когда я испытывала такую досаду, стыд и злость. Неужели этот живой труп вообразил, что я буду воровать у него кровь?
– Это естественно… – продолжал древний. – Ты здоровая, крепкая и красивая, тебе нужно лучше питаться. Я даже рад, что ты пришла, – вампир лениво цедил слова.
Сухая рука старика оказалась на удивление сильной: подхватив один из запасных пакетов, лежащих на кровати, высший швырнул его мне.
Упаковка с плещущейся жидкостью, описав круг, попала прямо в протянутые руки. Я в шоке уставилась на подачку: таким объемом концентрированного гемоглобина можно было питаться много месяцев.
Не думала, что это произойдет так легко. Прижимая к животу пакет с кровью, я с благодарственным лепетом пятилась назад. Хищные голуби и пугающая высота сотого этажа остались позади, вытесненные страхом разоблачения. Чем быстрее уберусь – тем лучше. Старик уже на меня не смотрел, но продолжал говорить:
– Я всегда мечтал иметь сына или внука. Ты знала, что дампиллы лучше размножаются, чем чистокровные вампиры?
– Нет, – пискнула я уже у самых дверей.
– Вот-вот… – проговорил высший, и глаза его мечтательно затуманились. – Ты послушная внучка, но я бы предпочел иметь… дочь. Иди… – Коричневая рука в струпьях махнула, прогоняя меня прочь. – У всех молодых леди есть свои дела, а после возвращайся, у меня для тебя сюрприз.
Уже в своей комнате я задумалась о том, что означал этот мечтательный взгляд, не суливший ничего хорошего. Не нужны мне никакие подарки от этого престарелого кровососа, лишь бы больше не видеть его отвратительного взгляда, бегающего по моему телу.
Но времени раздумывать не было. Я схватила простыню, замотала в нее добычу и, завязав концы, выскользнула в холл, на лифте спустилась на улицу.
