Крысы и правящее море полностью

Роузу действительно нужна была ее помощь, потому что, когда она вернулась, на квартердеке было не менее семи капитанов-призраков, которые то появлялись, то исчезали. Трое следовали за Роузом по пятам, споря о тактике голосами, пронизанными сарказмом и старинным сленгом. Еще один, уродливый великан с лохматой бородой и обнаженным кортиком в руке, стоял, рыча и угрожая, возле рулевой рубки, не сводя глаз с ничего не замечающего Альяша. Остальные слонялись по палубе, издеваясь над живыми, несмотря на то, что только Роуз имел какое-либо представление об их присутствии.

У Таши был свой Орден — сестры Лорга, — но трудно противостоять палубе, полной призраков, каждый из которых командовал кораблем с этого самого места. Не доставляло ей удовольствия и разговаривать в пустоту перед Элкстемом, Альяшем и полудюжиной других людей, толпившихся на квартердеке. Вот почему ему нужно, чтобы я это сделала, подумала она, чтобы он не выглядел совершенным сумасшедшим.

— Мое сердце на небесах, — смело пропела она, взбираясь по лестнице, — моя душа — Древо, мой танец вечен, я не боюсь тя!

Все призраки повернулись к ней лицом, и гигант с саблей, который был ближе всех, просто исчез. Остальные рассыпались по палубе, выглядя испуганными и раздраженными. Таша тоже была поражена: в Крабовых Болотах заклинание школы Лорг против призраков было гораздо менее эффективным.

— Очень, э-э, хорошо, мисси, — сказал Альяш, явно сбитый с толку. — Мы ведь не боимся этих Черных Тряпок, лады?

Таша бросила на него пронзительный взгляд. Ты сам такой, лжец.

Повлияла ли на них заклинание или что-то еще, оставшиеся призраки не хотели находиться рядом с ней. Теперь уже уверенная в себе, Таша преследовала их вокруг мачты и рулевой рубки. Они уворачивались и убегали; это было немного похоже на игру в пятнашки. Один за другим они исчезли из ее поля зрения. Но когда исчезал последний капитан, он указал на нее длинным почерневшим ногтем. «Сегодня вечером», — сказал он и растаял.

Некоторое время после этого ей было ничего делать, кроме как наблюдать за погоней. Это было хуже, чем быть занятым, даже выполняя ужасные задания. Роуз повернул их на юг; «Джистроллок» мгновенно перешел на диагональный перехват, и у Роуза не было другого выбора, кроме как снова направить их на восток. Ветер стих, что сыграло на руку врагу. К середине дня корабли разделяло всего шесть миль.

Пазел, прятавшийся за рулевой рубкой, не смотрел на нее. Прекрасно, подумала она, иди, кипи себе в Ямах. Но не раз у нее возникало ощущение, что он наблюдает за ней, хотя она никогда не ловила его взгляд.

Роуз провел бо́льшую часть этого времени за своим походным столом, спиной к «Джистроллоку», что-то чертя. Когда Таша подошла достаточно близко, чтобы взглянуть, она увидела страницу, покрытую крошечными карандашными цифрами, длинными стрелками, грубыми очертаниями корпусов.

В четыре склянки он встал и закрыл стол на задвижку:

— Пойдемте, Таша, Паткендл. Мы пообедаем в моей каюте. Мистер Элкстем, я буду получать последние новости по переговорной трубке.

Таша и Пазел последовали за Роузом вниз по лестнице. Однако они не сразу направились в каюту, а прошли пешком по всей длине «Чатранда», протискиваясь сквозь оживленную массу людей. Таше показалось, что моряки выглядели такими же испуганными, как и любая толпа, среди которой она когда-либо была, но, когда Роуз с горящим взглядом проходил мимо, каждый мужчина, казалось, чуть сильнее сосредоточивался на своей задаче, как будто эти глаза могли убрать отвлекающие факторы, как нож кору с ветки. Идя в каюту, Роуз останавливался то тут, то там, чтобы пошептаться с вахтенными командирами, и за их спинами Таша слышала, как офицеры кричали: «Капитан Роуз очень гордится вами, ребята! Говорит, что вы — образчик имперской команды! Его слова!»

Она оглянулась через плечо, испытывая легкий благоговейный трепет. Непринужденная манера Роуза творила чудеса, успокаивая моряков, а комплименты, которые он никогда не делал в легкие времена, вызывали улыбки на их лицах. Сумасшедший он или нет, подумала она, но он чертовски хорош в том, что делает.

За столом к ним присоединилась леди Оггоск. Пазел заметно напрягся при виде ее — а также, как оказалось, оттого, что снова оказался в каюте Роуза. Он озирался с диким выражением лица, и Таша снова подумала, что почти ничего не знает о том, что делали с Пазелом с тех пор, как турахи утащили его.

— Со времени твоего последнего визита, Паткендл, здесь появилось кое-что новенькое, — сказал Роуз, шагая впереди. — Кто из вас может сказать мне, что это такое?