— Иди сюда, Буржон, — рявкнул Роуз.
Большого смолбоя охватила паника. Он переводил взгляд с капитана на чародея и обратно. Затем Арунис повернул голову, показывая им свой профиль.
— Иди, — сказал он.
Пейтр побежал к капитану, перепрыгивая через трещины с их шепчущим пламенем. Роуз шагнул вперед и перехватил его, схватив за волосы.
— Дрелларек считает, что я должен был оставить тебя умирать, — сказал он.
Глаза Пейтра молили о пощаде. Таша смотрела на него с каким-то брезгливым любопытством. В его страхе не было ничего фальшивого.
— Чародей никого не может убить, мистер Буржон, — сказал Чедфеллоу. — Разве вы забыли, что сделать это означало бы рискнуть смертью своего собственного короля? — Но Арунис, все еще наблюдавший за ними краем глаза, улыбнулся словам доктора.
Капитан поднял кулак высоко над головой юноши. Затем, постепенно, он ослабил хватку на волосах, затем указал на дверь, через которую они вошли.
— Стой здесь. Не двигайся и не говори. — Пейтр повиновался и быстро протиснулся между Пазелом и Ташей.
Арунис снова отвернулся. Он положил одну руку на открытый Полилекс, на страницу с большой круговой диаграммой. Дрелларек внезапно взглянул на Роуза и провел пальцами по шее. Маг был сейчас так же уязвим, как и всегда. Герцил предостерегающе поднял руку, Оггоск покачала головой. Роуз колебался, его глаза были полны гнева и отстраненности. Затем он взглянул на Дрелларека и кивнул.
Дрелларек двигался с жестокой быстротой. Он мягко скользнул вниз к оранжевому камню, на ходу обнажая свой двуручный меч. Приблизившись к Арунису, он занес его для единственного смертельного удара.
— Может ли твоя ведьма распознать ложь? — спросил Арунис, не двигаясь с места.
Дрелларек заколебался, оглядываясь через плечо.
— Может, — сказал Роуз, — если этого требует ее капитан.
— Тогда спроси ее, правда ли это, ты, отродье жабомордого многоженца: я, Арунис Виттерскорм, имею возможность потопить твой корабль, когда захочу, и сделаю это, если ты причинишь мне вред.
Какое-то мгновение никто не дышал. Оггоск протянула свою иссохшую руку и, схватив Роуза за плащ, заставила его наклониться к ее уху; потом она что-то настойчиво прошептала. Лицо Роуза окаменело от сдерживаемой ярости. Он раздраженно отстранился от старухи и дал отмашку Дреллареку.
Арунис рассмеялась, закрывая Полилекс. Он перебросил конец своего белого шарфа через плечо и медленно поднялся на ноги. Таша увидела, что под своим плащом он спрятал оружие: черную булаву, утыканную жестокими железными шипами. Она никогда не видела ее раньше.
— Я говорил вам в Проливе, — сказал маг, оглядывая их, — что я — единственный хозяин «
— Ты чудовище, — внезапно сказал Пазел. — Мы увидим, кто с кем играет, когда вернется Рамачни.
— Рамачни? — переспросил Арунис, словно пытаясь вспомнить. — Ах да. Маг, который привлекает вас к обреченному на поражение делу, а затем убегает в безопасное место, как грызун, которым он и является, оставляя вас сражаться в одиночку. Обманщик, который прячется под юбками девушки только для того, чтобы сбежать, когда ее жизнь окажется в опасности. Вернулся бы он, если бы ты снова корчилась от боли, девочка? Не уверена, а? Не бойся, ты еще будешь корчиться.
Пазел, кипя, рванулся вперед, и Таша едва успела схватить его за руку. Затем она увидела, что Герцил тоже движется к Арунису. Его меч был вложен в ножны, а руки пусты; тем не менее Арунис сделал поспешный шаг назад, поднимая свою булаву. Герцил подошел на шаг ближе, оказавшись в пределах досягаемости оружия. Но теперь неуверенным выглядел Арунис.
— Ты знаешь, когда человек говорит правду? — спросил Герцил.
Арунис нервно рассмеялся:
— Лучше, чем сам человек.
— Я так и думал, — сказал Герцил и отвернулся. Но потом он сделал два шага, двигаясь с невероятной скоростью, — Таша увидела только смазанный силуэт, — и внезапно Илдракин оказался в руке толяссца, а его кончик уперся в мягкую плоть под ухом мага.
— Это Илдракин, Разрушитель Проклятий, Язык Огненного Пса, — сказал Герцил. — И вот мое обещание: Илдракин положит конец твоей проклятой жизни, если ты когда-нибудь еще коснешься волоса на голове Таши Исик.
Арунис усмехнулся и отодвинул кончик лезвия — осторожно, как будто ему было неприятно прикасаться к мечу даже кончиками пальцев.
— Только дурак дает обещания, которые не может сдержать, — сказал он.
— Совершенно верно, — подтвердил Герцил.
— Мы здесь не для того, чтобы убивать друг друга, — примирительно сказал Дрелларек: необычное заявление от Горлореза. — Капитан, вы получили обратно своего смолбоя. А теперь давайте забудем про эту глупую сивиллу и отправимся своей дорогой.
