Но вот в народе живет легенда о рачительной и бережливой хозяйке Царского Села, которая, если и бросала деньги на ветер, то уж точно не по своей воле. Согласно легенде, когда Екатерине представили смету на строительство двух мостов над парковой дорогой, она обратила внимание на высокую стоимость этих затей и, если верить фольклору, отказалась ее утвердить. И тут верноподданные придворные почувствовали тонкое кокетливое притворство в поведении императрицы и, принимая правила игры, умело начали ее уговаривать. Но и сама императрица долго заставлять себя упрашивать не собиралась. Уступая настойчивым просьбам, она подписала смету, проворчав при этом: «Пусть это будет мой каприз».
С высоты Большого Каприза открывается вид на Александровский парк и одноименный дворец, который в 1792 году начал возводить Джакомо Кваренги. Дворец строился для любимого внука Екатерины II, старшего сына Павла Петровича – Александра. В архитектурной истории Петербурга это последний памятник классицизма екатерининской эпохи. Он был закончен строительством в 1796 году – в год смерти императрицы.
Но в петербургскую мифологию Александровский дворец вошел с именами его последних владельцев – императора Николая II и его супруги Александры Федоровны, которые значительную часть своей совместной жизни, особенно в последние годы монархии, провели здесь.
Склонный к суевериям и мистицизму, император с самого вступления на престол жил под знаком давнего пророчества отшельника Серафима Саровского о судьбе династии Романовых. Этот знаменитый провидец еще за сто лет до описываемого нами времени предсказывал, что в начале XX столетия Россию ожидают «смуты великие внутри государства, отец подымется на сына и брат на брата», начнется «нужда, война и восстание». К тому же царь искренне верил в то, что все его самые лучшие начинания никогда не закончатся успехом, потому что он родился в тяжелый день великомученика Глеба. Его супруга Александра Федоровна была необыкновенно набожна и еще более суеверна. Она окружила себя магами и ясновидцами, юродивыми и кликушами, заклинателями и прочим подобным людом, которые бесцеремонно заполняли императорские покои Александровского дворца. В народе их называли «чудо-людьми из Царского Села».
Затем во дворце появился «крестьянский дьявол», «царь над царем» Григорий Распутин. «Немецкая царица», как беззастенчиво называли на Руси Александру Федоровну, безоглядно поверила Распутину, особенно после того, как ему удалось совершенно необъяснимым образом избавить безнадежно больного неизлечимой болезнью царевича Алексея от боли и страданий.
В те годы страна вступила в период «крайнего разложения правящей верхушки». Все без исключения слои общества были охвачены предчувствием неминуемой катастрофы. Историки назовут этот смутный период русской истории «Распутинщиной», а народ то же состояние сформулирует в пословице, за которой видятся боль, страдание, война, разруха и ужас: «Царь с Егорием, царица с Григорием». Иногда царица покидала Александровский дворец и ездила по казармам и госпиталям для вручения солдатам ордена Святого Георгия. Но получить его из рук «немецкой шпионки», во что искренне верили в окопах, считалось дурным знаком, предвестием гибели, поражения. Пройдет совсем немного времени – и зловещая фамилия РАСПУТИН превратится в жуткую аббревиатуру с беспощадной расшифровкой: «Романова Александра Своим Поведением Уничтожила Трон Императора Николая».
С таким невеселым грузом воспоминаний вошел Александровский дворец в историю Царского Села.
В 1828 году архитектор А.А. Менелас возвел в Александровском парке Шапель – искусную средневековую подделку, готические развалины старинного замка, якобы сохранившиеся в веках. Внутри Шапели в свое время находилась часовня, украшенная мраморной статуей Христа работы немецкого скульптора И.Г. Даннекера. О скульптуре сохранилась любопытная легенда. Будто бы скульптор увидел ее однажды во сне и с того времени несколько лет «день и ночь этот образ занимал его до такой степени, что он начал думать, что его побуждает к работе сверхъестественная сила». Только через восемь лет ему наконец удалось изваять, как казалось, убедительный образ Спасителя. Но и тогда сомнения не покидали скульптора. И вот однажды, когда статуя была еще в модели, он привел в мастерскую семилетнего ребенка и, согласно преданию, спросил его: «Что это за статуя?» «Спаситель», – не задумываясь, ответил ребенок. Ваятель в восторге обнял мальчика. Значит, он правильно понял образ, явившийся ему во сне, если даже дети его понимают.
В настоящее время скульптура Христа Спасителя находится в Государственном Эрмитаже. А Шапель в Александровском парке Царского Села до сих пор в обиходе называется «Башня Спасителя».
