Только в 1827 году архитектору В. П. Стасову заказали проект каменного Троицкого собора, который в 1828 году торжественно заложили и через семь лет не менее торжественно освятили. Величественное, крестообразное в плане, белоснежное здание собора с превосходными монументальными, коринфского ордера колоннами было по достоинству оценено современниками. Обращало внимание дерзкое сочетание античных портиков с гладью выбеленных в один цвет с колоннами, подобно древнерусским храмам, фасадов. Восхищало компактное, красивое по силуэту сооружение с темно-голубым куполом, празднично раскрашенным яркими звездами.
Опытный градостроитель, Стасов надолго определил огромное градообразующее значение собора. Он и сейчас, стоящий почти на одной оси с Никольским собором, перекликающийся с золотом его куполов и видный со множества точек обзора, вносит живое разнообразие в довольно скучную равновысокую панораму застройки обоих берегов Фонтанки.
Вторая легенда связывает обряд венчания с церквушкой на обочине старой Петергофской дороги. В строительной летописи Петербурга это место было отмечено издавна. Сам Петр основал здесь каменную церковь, которую в конце XVIII века передали больнице, а взамен неподалеку выстроили деревянную. В 1824 году она сильно пострадала во время наводнения. Было принято решение ее разобрать и заменить новой. По рекомендации президента Академии художеств А.Н. Оленина проект церкви разработал архитектор Константин Андреевич Тон.
При работе над проектом учитывалось особое положение будущей церкви на одной из ее главных загородных дорог при въезде в столицу с запада. Тон был одним из первых русских архитекторов, обратившихся в эпоху классицизма к самобытному древнерусскому зодчеству. Он стал провозвестником нового направления в архитектуре, связанного с использованием в проектировании наследия предшествующих поколений. Только в Петербурге им было выстроено восемь культовых сооружений. Все они отличались своеобразием, и почти все строились в древнерусском стиле. И первой из них, что сразу выдвинуло Тона в ряд самых популярных архитекторов России, была церковь Екатерины Великомученицы.
Время жестоко отнеслось к наследию зодчего. Ни одной его культовой постройки, за исключением церкви Преображения на Аптекарском острове, не сохранилось. Бесследно исчезла и церковь Екатерины Великомученицы, «что на Петергофской дороге». На ее месте в 1930-х годах был выстроен кинотеатр «Москва».
Героизация личности Петра I началась задолго до его кончины. Она направлялась сверху и находила безоговорочную поддержку в низах. Смерть великого преобразователя России только ускорила и усилила этот процесс, породив многочисленные мифы и легенды, в том числе легенду о его смерти от простуды.
Последнее наводнение, постигшее Петербург при жизни его основателя, началось 12 ноября 1724 года. Уровень воды не поднялся выше отметки в 200 сантиметров, хотя и этот уровень считался в XVIII веке очень высоким, так как достаточно было 40 сантиметров подъема, чтобы Нева вышла из берегов. Для сравнения скажем, что этот уровень за счет устройства набережных, укрепления берегов и культурного слоя в XIX веке равнялся 80 сантиметрам, а в XX – уже 145. Петр, как, впрочем, всегда, когда находился в Петербурге, принимал активное участие в спасении пострадавших. Возможно, что факт, изложенный в легенде, имел место в действительности.
Однако к тому времени Петр уже давно и безнадежно болел. Еще в 1714 году медики считали его тяжелобольным человеком. У него был испорчен желудок, опухали ноги, случались приливы крови к голове «отчасти вследствие несоблюдения диетических правил и неумеренного употребления горячих напитков».
Умер Петр I 28 января 1725 года от уремии. 10 марта его похоронили в Петропавловском соборе, ставшем с тех пор усыпальницей российских императоров.
