В 1704 году во время посещения Охты Петр Первый посадил дуб на общей могиле павших при взятии Ниеншанца.

Охтинский дуб менее популярен, нежели его каменноостровский сверстник. Посаженные, если верить легендам, почти одновременно, они прожили разные жизни, с разной, далеко не равной, степенью известности и популярности. Один из них стал героем увлекательной краеведческой литературы и сюжетом многочисленных графических и живописных произведений, другой же, с 1721 года оказавшись на территории Охтинской корабельной верфи, всю жизнь провел взаперти, нигде и никем не вспоминаемый. Существует, как нам кажется, единственное изображение этого дуба на юбилейной, 1903 года, открытке с текстом, не вызывавшим у ее издателей никакого сомнения в том, что дуб посажен именно Петром. Так и написано: «Дуб Петра Великого, посаженный в 1704 году на Мал. Охте».

Памятник Петру I в Роттердаме

Малая Охта – одна из трех слобод, основанных Петром на правом берегу Невы при впадении в нее реки Охты. Вместе с Большой Охтой и Матросской слободой эти поселения «вольных плотников», согнанных из северных губерний России, должны были обслуживать основанную в 1721 году верфь, пильные и канатные заводы.

Отрезанная от Петербурга широкой Невой, Охта, как стали именовать все три слободы, по свидетельству современников, долгое время представляла собой даже не пригород, но самостоятельный провинциальный городок с заводом, судостроительной школой, церковью, своим укладом и, говоря современным языком, специализацией. Так, довольно развитое на Охте молочное животноводство ввело в петербургский обиход поэтический образ «охтинки-молочницы».

Но главной особенностью Охты была, конечно, корабельная верфь. С ее стапелей сошли такие знаменитые суда, как флагман экспедиции Ф. Ф. Беллинсгаузена шлюп «Восток», широко известный благодаря И. А. Гончарову фрегат «Паллада», миноносец «Свирепый», связанный со славным именем П. П. Шмидта, и многие другие. Продолжительное время Охтинская верфь находилась в частном владении Крейтона и только после 1917 года получила название «Петрозавод».

В 1970–1980-х годах в связи с реконструкцией правого берега Невы и созданием сквозной набережной Петрозавод изменил свой производственный профиль и лишился эллингов. Его заново перестроенные корпуса активно включились в архитектурную панораму правого берега Невы. В перспективе предполагается украсить новый фасад древнего Петрозавода барельефами, посвященными истории отечественного флота.

<p>Петровская сосна</p>

В Удельном парке жива еще старая сосна, посаженная Петром I.

Возникновение Удельного парка относится к 1832 году, когда на северной окраине Петербурга было основано Удельное земледельческое училище для подготовки управителей и смотрителей образцовых усадеб. После отмены крепостного права училище стало постепенно терять свое значение, и земли, ранее принадлежавшие ему, стали сдавать в аренду для строительства загородных дач, устройства садов для гуляний, купален, лодочных станций и других увеселительных заведений.

Удельный парк стал очень популярным среди петербуржцев. Его привлекательность еще более возросла после открытия станций железной дороги Удельная и Ланская.

После 1917 года Удельный парк вошел в состав Лесного института, преобразованного затем в Лесотехническую академию. Постепенно парк превратился в одно из любимых мест отдыха горожан. Среди его многочисленных деревьев до сих пор жива и та мемориальная сосна, которую будто бы посадил сам Петр I.

<p>Джакомо Кваренги</p>

Ежеутренне направляясь к строившемуся Смольному институту, Джакомо Кваренги останавливался напротив главного входа в Смольный собор, поворачивался к нему лицом, снимал шляпу и, глядя на купола растреллиевского собора, восклицал: «Вот это храм!» Исполнив этот ритуал, неторопливо шел дальше.

Во второй половине XVIII века в петербургской архитектуре на смену барокко с его культом декоративной пышности и пластической изощренности приходит классицизм с идеалами сдержанного античного благородства и величия форм, чистоты и функциональной ясности фасадов. В такие переходные эпохи отношения между сторонниками противоположных направлений в искусстве обострялись до степени личной неприязни. Тем более что смена стилей драматически сказывалась на судьбах архитекторов и их творений, которые часто перестраивались в угоду моде.

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект Наума Синдаловского

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже