Удивительная судьба была уготована этой легенде. Окутанная туманом неразгаданной тайны, овеянная романтическими догадками, каждая из которых претендовала на истину, она переходила из поколения в поколение, обрастая дополнительными подробностями и деталями. Почти через сто лет после событий, изложенных в легенде, появилась известная картина П. Флавицкого, изображавшая смерть княжны Таракановой во время наводнения. По времени это совпало с относительной либерализацией русского общества. Читающая Россия заинтересованно следила, как в печати всплывали из небытия все новые и новые факты и вымыслы, легшие в основу легенды.
Стало известно, что однажды в Париже действительно появилась молодая красивая авантюристка, объявившая себя дочерью Елизаветы Петровны и, следовательно, законной наследницей русского престола. Поддержанная политическими силами, враждебными России, самозванка становилась опасной. По поручению Екатерины II граф Алексей Орлов, командовавший в то время российским флотом на Средиземном море, увлек молодую женщину, а потом с помощью клятв и обещаний заманил ее в Россию и… сдал властям.
Жестоко обманутая красавица, заточенная в Петропавловскую крепость, к тому времени еще и беременная от Орлова, доведенная до отчаяния постоянными допросами, нечеловеческими условиями и сознанием безысходности положения, заболела чахоткой и умерла за два года до известного петербургского наводнения 1777 года.
Никто не знал, откуда родом неунывающий капитан Мерлини и был ли он вообще законным владельцем этой итальянской фамилии. Прошлое его окутано тайной. Однако в существовании его, как и в событиях, с ним связанных, сомневаться не приходится.
В провинциальной Коломне, где, по выражению Гоголя, «все тишина и отставка», проживало немало обедневших дворян, не вышедших в люди чиновников, отставных офицеров, генералов без армии и адмиралов без флота, чьи негромкие имена уходили в небытие вместе с их жизнями, зарастали травой забвения и в дальнейшем представляли интерес разве что в связи с именами великих современников.
Так случилось и с безвестным капитаном Мерлини, которому повезло жить вблизи дома адмирала Клокачева, сдававшего квартиру Пушкиным. Именно поэтому история незадачливого капитана с итальянской фамилией попала в исследование Яцевича «Пушкинский Петербург».
